Вероятно, негры весьма плодовиты и чрезвычайно быстро размножаются в Африке, поскольку эти кочевые племена, судя по всему, постоянно восполняют убыль, вызванную тем, что европейские варвары ежегодно уводят множество людей в рабство. Эти несчастные, воображая, что покупатели вскоре их съедят, томятся в непривычном климате и погибают, раздавленные тяжестью цепей и бесконечного труда. Они вздыхают от боли; они стенают в глубине своих мрачных хижин, когда ночь расстилает свой траурный покров и блеск молний прорезает её тьму; они возносят горестные возгласы к небесам, свидетелям своего несчастья. Находясь под гнетом невыносимой тирании, они тоскуют по свободе своей юности, по беззаботным детским забавам, и тем нежным чувствам любви, которые они обретали на родине, среди своих плодородных земель. Могут ли они, бессильные рабы, осмелиться вновь обрести пылкую энергию любви среди своего бесчестия и оков? Захотят ли они даровать жизнь печальному потомству для кровожадных и безжалостных господ? В силах ли они прокормить растущую семью и одновременно утолить ненасытную жадность своих тиранов? Нет, в неволе негры размножаются очень слабо; их численность в наших колониях постоянно сокращается, и вскоре полностью сошла бы на нет, если бы не заботились о ежегодном привозе новых рабов. Брайан Эдвардс хладнокровно подсчитал, что ежегодно из Африки вывозится 150 тысяч рабов, и 74 тысячи в год доставляют в Америку. Какое огромное количество чернокожих людей потребляет Европа ради своих наслаждений! Как дорого они оплачены — или, вернее сказать, пропитаны и насыщены кровью этих несчастных! Чтобы доставить нам мгновение удобств, сколько людей заживо лишаются кожи под кнутом палачей! И как только Африка может выплачивать эту безмерную дань человеческой кровью! Как она безропотно выносит эту ужасающую убыль населения! Выходит, что за два столетия ради получения нескольких голов сахара выжали соки из более чем тридцати миллионов человек, не считая тех, кто множится в наших колониях! Сколько бы мы ни считали ужасными кровавые пиршества людоедов, я утверждаю, что европеец ради своей выгоды в сто раз свирепее их. О, если бы этот варвар, подобно томимым жаждой тиграм, не мог насытиться ничем, кроме крови себе подобных! И он еще смеет кичиться своей учтивостью, своей цивилизацией, своей человечностью! Есть ли на земле что-либо более гнусное!
(с) Жюльен-Жозеф Вирей - «Естественная история человечества» (1800).
