Весной правоохранительные органы и ФНС сообщили о раскрытии одной из крупнейших площадок по торговле бумажным НДС.
По данным СМИ, речь шла о сети из ~5000 юрлиц, десятках тысяч клиентов и фиктивных вычетах на сумму свыше триллиона рублей (это примерно 50 000 московских квартир).
На первый взгляд кажется, что это история касается только организаторов площадки, номиналов в технических компаниях и связанных с ними.
Но это только начало. После уголовного дела по площадке налоговая начинает отрабатывать покупателей, которые заявляли вычеты по операциям с участниками цепочки.
Компания получает уведомление о вызове в инспекцию с посылом - ваш контрагент указан в составе накрытой площадки, в отношении организаторов возбуждено уголовное дело, плати налог.
А почему бумажный НДС стал популярным?
Потому что НДС - налог с очень простой экономической болью, который при этом складывается в сложнейшие ситуации, делает ваш бизнес менее привлекательным и прибыльным, если его потоки не выстроены правильным образом, так ещё и относительно просто (и незаконно) оптимизируется.
Покупатель уменьшает налог к уплате на входящий НДС, который заплатил при покупке товаров/услуг у других налогоплательщиков. Чем больше вычетов, тем меньше платеж в бюджет.
Бумажный НДС, по сути, симулякр нормальной экономической деятельности. Оформляется весь комплект документов (договор, акт, счёт-фактура и проч.), за которым нет реальных поставок и услуг. По сути как страшная невеста – её хотят выдать, но там нечего выкупать.
В сложном варианте между покупателем и источником разрыва выстраивается цепочка компаний. Первое звено может выглядеть относительно прилично, а проблема вскрывается во втором, третьем или последующих звеньях.
Это целая индустрия: компании, номинальные руководители, счета, декларации, электронные подписи, транзит платежей и документы, задача которых - создать видимость нормального бизнеса.
Как ФНС в этом разбирается?
Автоматизированной системой, способной выстраивать огромные схемы между налогоплательщиками по всей стране – АСК НДС.
Система сопоставляет огромные массивы данных, в том числе загружаемые налогоплательщиками через системы электронного документооборота. Если покупатель заявил вычет, у продавца должна быть отражена реализация и начислен НДС.
Если операция у покупателя есть, а у продавца или дальше по цепочке налог не появляется, возникает НДС-разрыв.
И здесь важная практическая проблема. Когда разрыв найден глубоко в цепочке, ФНС часто приходит не к самому бедному техническому звену, у которого из имущества только печать, а к наиболее платежеспособной компании в цепочке - обычно к покупателю, который заявил вычет, получил экономический эффект и ещё существует в материальном мире.
С точки зрения инспекции это рационально: техническая компания исчезнет, номинал ничего не заплатит, организаторы площадки уйдут в уголовный контур, а реальный бизнес с активами и оборотом остаётся удобной точкой взыскания.
Вернёмся к вызову в инспекцию. На практике дальше есть развилка из трёх путей.
Первый - сразу уточнить декларации и доплатить НДС.
Проблема в том, что корректировка НДС по спорным операциям может быть воспринята инспекцией как признание фиктивности сделки. А если сделка фиктивна для НДС, то почему расходы по ней должны уменьшать налог на прибыль?
Второй - заменить выявленного технического контрагента на другого, которого налоговая пока не подсветила.
Это плохая идея. Обычно она заканчивается новой камеральной проверкой, актом, доначислениями и штрафом, который при выводе об умышленности может составить 40% от неуплаченной суммы. А где умышленная неуплата, там и уголовная статья.
Третий - занять выжидательную позицию, представить пояснения, не признавать фиктивность автоматически и параллельно собирать доказательства реальности сделки.
Во многих случаях именно она оказывается наиболее разумной. Это управляемая защита: сначала понять, где именно возник разрыв, что известно налоговому органу, является ли прямой контрагент техническим, была ли операция реальной и какие доказательства можно собрать.
Это может показаться странным, но когда речь идёт о бизнесе чуть больше гаражного, количество контрагентов и операций даже за полгода невозможно удержать в голове.
Поэтому без отдельного анализа сходу сказать является ли упомянутый в запросе контрагент сомнительным – тяжело. Ещё тяжелее доказать обратное, учитывая склонность нашего бизнеса особо не оформлять лишние бумажки.
Что действительно нужно доказывать налоговой и как?
Договор, акт и счёт-фактура - это база, но далеко не доказательная база.
Если налоговая считает сделку бумажной, одних первичных документов недостаточно. Нужно подтверждать реальное исполнение.
По поставке - логистику: заявки, транспортные накладные, путевые листы, складские документы, переписку о доставке, маршруты, движение товара.
По работам и услугам - результат: детализированные отчеты, переписку по задачам, акты скрытых работ, журналы допуска на объект, документы по инструктажу, фотофиксацию, проектные материалы, следы фактического выполнения.
Отдельно нужно показывать реальность контрагента: сотрудников, оборудование, склад, офис, отраслевой опыт, налоговую нагрузку, платежи поставщикам, судебные споры, обычную хозяйственную активность.
Желательно смочь объяснить, почему компания выбрала именно этого поставщика, как проверила его возможности и почему на момент сделки не должна была понимать, что участвует в схеме по НДС. Должная осмотрительность – отдельная процедура, поговорим про неё как-нибудь отдельно.
Консультируйтесь у юристов. Подписаться.
