Прочитал статью NYT про совершенно неизвестного мне раньше Мэтта Тейлора. Редкий случай, когда после одного текста сразу хочется найти вина человека, о котором пятнадцать минут назад ничего не знал. Просто посмотрите на бэкграунд: стажировка в Domaine Dujac, затем – Araujo в Напе. Одним из своих наставников Тейлор называет Ришара Леруа – того самого великого луарца. Но собственный проект Matt Taylor Wines был построен вокруг совершенно другого места – маленького виноградника Komorebi на побережье Западной Сономы. Раньше там вообще было пастбище, а само название Komorebi – японское слово, которое означает «солнечный свет, пробивающийся сквозь листья деревьев». Тейлор сам спроектировал виноградник, посадил его и потом годами обрабатывал.
Подход получился довольно радикальным – биодинамика и регенеративное земледелие, никакой ирригации, долгая выдержка перед релизом. Например, шардоне Тейлор делал вообще без добавления серы и намеренно позволял молодому вину контактировать с кислородом. Именно Леруа убедил его, что шардоне достаточно стабильно и сера ему не требуется. При этом рецепты Тейлор не любит – решения принимает исходя из конкретного винограда и года.
Хороший пример – его пино нуар. Тейлору не нравится та самая фруктовая сладость, которая часто встречается в калифорнийском пино нуаре, поэтому он использовал целые грозди. По его мнению, они убирают ощущение сладости, выравнивают структуру и добавляют легкую горечь. При этом Тейлор тут же уточняет, что вообще не является адептом целых гроздей. Каждый год он сначала пробует виноград и только потом решает, нужен ли этот прием.
Однако не все так прекрасно. Тейлор не владел землей, а аренда Komorebi со временем стала слишком тяжелой финансово. Виноград с участка теперь продают Napa Valley Reserve, а Тейлор, который сам придумал, посадил и годами выращивал этот виноградник, больше не может делать из него собственное вино. Хотя до сих пор надеется когда-нибудь вернуться.
Но тут ему очень помог Карлтон Маккой – мастер-сомелье и глава Lawrence Wine Estates. В 2019 он попробовал самый первый Pinot Noir Komorebi 2016 и настолько впечатлился, что позже пригласил Тейлора делать вина Ink Grade на Howell Mountain, а затем Haynes Vineyard. Маккой говорит, что потеря собственного проекта Тейлора была бы просто «трагедией». Его особенно зацепило редкое сочетание опыта Dujac и Araujo – двух практически противоположных винных миров.
Собственный Matt Taylor Wines при этом не закончился – просто началась новая глава. Теперь Тейлор работает с виноградником Mammoth Rock рядом с Komorebi и, внезапно, почти полностью ушел в Луару. Сегодня на Mammoth Rock растут луарские сорта, включая шенен блан и пино д'онис, а еще Тейлор постепенно размножает черенками пино фин.
@thewildyeast