Умение выдавать данные так, чтобы ничего из них не было понятно, у нас очень развито. Взять хоть недавний релиз Бюро национальной статистики о том, сколько нас. Ничего особо нового, интересующиеся могут сами прочитать, сколько у нас урбанизированного и сельского населения, сколько мужчин, женщин и т.д. Ответа на вопрос, в какой стране мы будем жить Бюро национальной статистики дать не может.
«Население мегаполисов продолжит расти: в Астане к 2050-му будут жить свыше 4 миллиона человек (рост в 2,7 раза), в Алматы — свыше 3,6 миллиона (+62 процента), в Шымкенте — свыше 2 миллионов (+66 процентов)», — фиксируют эксперты видимые тенденции.
Несмотря на все госпрограммы люди стихийно едут в мегаполисы, и у нас идет урбанизация по латиноамериканскому типу (хорошо, что пока не африканскому). Население с периферии стремительно вымывается в города, оставляя за собой умирающие аулы, деградирующую инфраструктуру и легальный повод заинтересованным ведомствам списывать миллиарды на развитие регионов.
В последние 15-20 лет ни одному из правительств Казахстана еще не удалось привязать граждан к сельским территориям, да даже удержать от побега тех, кто там еще остается. Программы развития регионов сменяют одна другую. Каждая новая инициатива заявляется как спасительный круг, под нее осваиваются миллиарды из бюджета и Нацфонда, а затем под какой-нибудь политический инфоповод типа выборов или смены правительства запускается новый документ.
К примеру, «Агробизнес-2020», «С дипломом в село», «Ауыл – Ел бесігі» или «Ауыл аманаты» — есть очевидные улучшения на селе благодаря этому комплекту? В селах как не было нормальной работы, так и нет, как был дефицит врачей, так и есть, как текла из водопровода ржавая или «будущая» вода, так и течет.
Парадокс госполитики заключается в том, что с одной стороны, чиновники декларируют заботу о селе, с другой — официально стимулируют переселение в мегаполисы. Например, на круглом столе Demographic Futures Survey 2026 руководитель Центра анализа и прогнозирования демографических процессов Агентства по стратегическому планированию и реформам (АСПиР) Аяулым Сагынбаева так и сказала, что в стране продвигается политика высокой урбанизации, согласно которой к 2050 году 70 процентов населения должно жить в городах при сегодняшних 63 процентах.
По ее же словам, урбанизация ведет к неизбежному падению рождаемости, поскольку в условиях мегаполиса физически и экономически невозможно содержать многодетные семьи. По данным АСПиР, если в 2025 году коэффициент суммарной рождаемости составлял 2,5 ребенка на женщину, то впереди маячит проявление «демографической ямы» конца 1990-х годов.
«Это историческая возрастная структура: в конце 90-х у нас был самый низкий уровень рождаемости — 1,8 ребенка на одну женщину. Сегодня же эти дети находятся в активном репродуктивном и брачном возрасте. Их мало, и они не могут перепрыгнуть физические возможности человека. Поэтому снижение рождаемости в нашей стране — это вполне закономерный процесс», — сказала Сагынбаева.
В условиях нарастающего старения, дефицита рабочей силы и оттока населения из сел в города падение рождаемости добавляет критического реализма в популярные сейчас рассуждения о светлом будущем. Мы вполне рискуем стать «старыми» раньше, чем «богатыми».
Можно, конечно, зацепиться за вариант возвращения людей в села, но явно не традиционными методами. А вдруг это будут какие-то шоковые решения типа техно-аулов или криптовалютных оазисов? Қалжың! Как вариант, можно объявить сельские территории зонами полного исключения всех налогов для любых IT-специалистов, фрилансеров и технологических стартапов. Выделить бесплатные участки с высокоскоростным спутниковым интернетом и льготным электричеством от зеленых источников под майнинг и дата-центры при условии обучения и найма местных жителей. Вместо тяпки и ручного труда можно переориентировать сельское хозяйство на полностью автоматизированные комплексы и дрон-фермы. А потом... Потом мы проснемся.
