Наши открытия. Казахстанская наука осваивает миллиарды
Сколько бы нам ни говорили из Астаны, что в Новом Казахстане и подходы новые, есть вещи, которые остаются неизменными. Одна из них — искренняя убежденность государства в том, что если заливать проблему деньгами, она непременно решится.
Вот свежая радость — бюджет на науку в Казахстане с 2023 года вырос более чем в два раза, со 121,5 миллиарда до 260 миллиардов тенге. Мы уже гордимся. Но есть вопросы.
Что нам обещают на эти 260 миллиардов? Пресс-служба премьер-министра сообщает о целой армии из 28,3 тысячи ученых. Половина из них — молодежь. А еще кабмин говорит о 241 инновационном проекте и более 30 разработках на международных рынках. 32 филиала зарубежных вузов и 20 казахстанских университетов в QS Rankings! Грантов аж 93 тысячи.
Но как только профильное ведомство и академики начинают открывать шампанское, в двери стучит Высшая аудиторская палата с вопросом — а где эффект от бюджетных вливаний?
Вот, что интересно: ровно год назад, в августе 2025-го, госаудит науки выявил серьезные нарушения на 68 миллиардов тенге. Из них неэффективное использование составило 42,5 миллиарда, неэффективное планирование — 24,2 миллиарда тенге, прямые нецелевые расходы — 1,7 миллиарда тенге.
Ключевая претензия аудиторов — катастрофический разрыв между наукой и реальным сектором экономики. Разработки ведутся сами по себе, бюджетные деньги осваиваются, но отечественной промышленности от этого ни холодно, ни жарко. На выходе государство получает сотни толстых отчетов и монографий, но не получает работающих технологий и налоговых отчислений.
Также, напоминаем, выяснилось, что отдельные члены научных советов, распределяющие государственные миллиарды, не стеснялись сами же участвовать в нескольких параллельно финансируемых проектах. При этом юридической ответственности за одобрение «пустышек» или игнорирование экспертных заключений члены ННС практически не несли.
ВАП зафиксировала анекдотичные факты, когда конкурсы научных проектов объявлялись с задержкой более чем на 500 дней! Ученые буквально годами ждали возможности начать работу, пока бумажная машина министерства согласовывала регламенты. А проверка создания инжиниринговых центров и технопарков при ведущих вузах показала классический букет нарушений с завышением стоимости закупаемого оборудования, фиктивными показателями и банальным нецелевым использованием средств. Система мониторинга проектов оказалась настолько лояльной, что государственные деньги продолжали исправно поступать даже на те исследования, к которым у экспертов накопилась масса критических замечаний.
Сразу скажем — не все ученые и не по всем направлениям сплошь формалисты и бюджетопожиратели.
Например, профессор из КазНУ Дос Сарбасов вместе с командой изобрел противораковый препарат, уже прошедший доклинические испытания и перешедший к фазе клинических на базе Казахского НИИ онкологии и радиологии.
Другой пример — команда профессора Жумабая Бакенова из «Назарбаев Университета» придумала углеродные наноструктуры для литий-ионных и натрий-ионных аккумуляторов из рисовой шелухи, скорлупы грецких орехов и косточек. Испытания показали, что такие катоды заряжают аккумуляторы за считанные минуты и держат на 30-40 процентов больше циклов разряда, чем классические графитовые аналоги. Изобретение запатентовано в нескольких странах, технология активно покупается и тестируется зарубежными производителями систем хранения энергии.
Институт ядерной физики вместе с Восточно-Казахстанским НИИ цветной металлургии решили главную проблему эндопротезирования — частое отторжение организмом металлических имплантов. Они разработали технологию нанесения тантала на титановые импланты, сертифицировали изобретение, и эта технология успешно применяется в протезировании казахстанскими ортопедами и травматологами.
Это единичные случаи, которыми можно гордиться. А в остальном наша наука напоминает все остальные явления нашей же реальности — всё крутится вокруг освоения бюджета. Вот бы за схемы по правильному канализированию бабла Нобелевки давали — мы бы точно премию отхватили.
August 7, 2026 1.9K 1 7
