— Прости меня, — на автомате вырывается из меня, и, отвернувшись от окна, обнимаю девушку за талию, прижав к себе.
— Не надо столько извиняться, это мои проблемы…
— Нет больше твоих, все твои проблемы — это мои проблемы, поняла? — с нажимом в голосе перебиваю её, заглядывая в глаза.
— Давид… — вздыхает, а я дурею от того, как она моё имя произносит.
— Я не отпущу тебя, Хрустальная, — меня несёт, но плевать, когда-то это нужно было сказать. — Я… — и всё, слова застревают, будто язык онемел.
Беру её руку в свою и прижимаю ладонь к груди, туда, где сердце бьётся о рёбра, будто намеревается пробить себе путь на волю.
— Ты вот здесь, Хрустальная, — проговариваю и сам от себя ох*реваю.
— Если это твои шуточки, то не смешно, — дрожащим голосом произносит, а на глазах появляется прозрачная пелена.
— Никаких шуток, девочка, — наклоняюсь к ней, чувствуя её судорожное дыхание. — Ты как вызов. Мой личный вызов, я его принял и проиграл бой. Оно твоё, — на последних словах прижимаю сильнее её раскрытую ладонь к сердцу.
Хрупкая как хрусталь девочка смотрит на меня, не моргая, несколько мгновений, кажущихся вечностью, после чего приподнимается на носочки и впивается в мои губы. Сама! Она сама меня целует, не вырывается, не сопротивляется. Накрываю её голову руками, зарываясь пальцами в шелковистые волосы, и тут же оказываюсь в кольце её рук.
Это всё! Больше никаких сомнений. Она моя девочка, а я буду её преданным псом, пока не сдохну в кресле качалке с седыми волосами и сморщенным лицом.
"Ты мой вызов"
