ART with LOVE

— Ты понимаешь, что он от нас хочет? — спрашиваю Бирна, все это время наблюдавшего за мной.
— Когда человек сидит в замкнутом пространстве, не имея понятия, когда все закончится, его нервы затачиваются, терпение и самообладание теряется. Мысли переворачиваются так, что со стороны ты бы себя не узнал. Все вокруг сводит с ума. Это психологическая игра, Лидия, — спокойным тоном отвечает, подходя ко мне ближе.
— Ясно. Игры Греха…
Мне одновременно хочется прижаться к сильному Руслану и оттолкнуть предателя.
Где гарантии, что это не очередная задумка Бирна?... Хитростью и гнусностью привести меня сюда и втоптать в грязь окончательно, вынудить забросить дело и уехать из города насовсем.
До сих пор помню надпись на листовке: «Тебе здесь не место, новенькая». Я так и не успела выяснить, чья это работа.
— То есть нам здесь сидеть, пока не сойдем с ума? — нервно посмеиваюсь и покусываю губы.

Смотря в глаза Монстру, снимаю с себя сначала футболку, затем джинсы. Цепляю большими пальцами трусы и медленно стягиваю их по ногам. Следом щелкаю застежкой лифчика и отбрасываю последнюю деталь гардероба, оставаясь абсолютно голой.
Борзов плывет взглядом по моему телу, точно волна. В ушах шумит от скоростного пульса. Руки так и тянутся прикрыть наготу, но я заставляю себя позволить Рафу рассмотреть меня. Его голод осязаем, и в эту минуту не представляю, чем может закончиться сегодняшняя ночь.
Провокация? Нет, лишь маленькая месть за то, что забрал мое оружие. Пусть смотрит, ведь трогать не позволю.

– У вас ко мне какие-то конкретные претензии, Виктор Григорьевич?
– Георгиевич.
Душный, какой, а!
– Для начала ваш внешний вид.
– Что с ним? – опускаю взгляд вниз, подмечаю складки на юбке. Ткань ужасная. Не надо было покупать эту вещь.
– Он не соответствует регламенту. Также ваши систематические опоздания, – босс передает мне листок со стола с отметками о моем приходе.
– И поэтому вы хотите меня уволить? – сдавленно спрашиваю.
– Не совсем. Если говорить честно… – Виктор возвращается в свое кресло, отчего он теперь смотрит на меня снизу вверх, но это не дает мне преимущество.
Все равно чувствую себя какой-то глупой и никчемной.
– Я намерен сократить количество помощников редакторов.
– Вы сказали, что у меня есть один шанс.
Его смех, который наполнил кабинет, приятно щекочет позвоночник до мурашек, и я хмурюсь от своей такой реакции на этого тирана.
Глаза цвета корицы сейчас больше напоминают подгоревший кофе, а на языке чувствую противную горькую ноту.
Он же не хочет предложить мне…
– Что вы знаете про спорт?
Хлопаю ресницами и вяло открываю рот. Выгляжу смешно, ну и ладно.
Спорт? В самом деле?
– В этом слове пять букв.
– Футбол. Что известно?
– Там нужен мяч.
– Уже неплохо.
– К чему эти дур… странные вопросы, Виктор Григорьевич?
Я как по тонкой ниточке на каблуках хожу, а подо мной ядовитые языки пламени. Душно, жарко и страшно. Невыносимо.
А еще босс окончательно расслабил галстук, и моему взгляду открылась его крепкая шея.
– Георгиевич, – несдержанно отвечает и морщится, – с завтрашнего дня вы переходите в журнал “Спорт”. Ребятам как раз нужен такой секретарь с неуемной энергией, как вы.