Санкции ЕС бьют по маршруту денег, а боль проявилась совсем в другом месте!На первый взгляд, 20-й пакет санкций и идея ЦБ заставить банки держать больше резервов в юанях это две разные истории. Одна про внешнее давление, другая про банковское регулирование. Но если соединить их в одну цепочку, становится понятно, что финансовая система РФ упёрлась в новую валютную зависимость.
Раньше доллар и евро были естественной кровеносной системой внешней торговли. После санкций они ушли в тень, а юань стал основной рабочей валютой расчётов. Но проблема в том, что юань не стал таким же глубоким и ликвидным рынком. Он стал главным, но при этом остался узким.— Именно поэтому любые сбои в экспортной выручке мгновенно превращаются в напряжение на денежном рынке.
Причинная связь простая, санкции давят на теневой флот, банки, страховщиков, криптосервисы и расчётные каналы. Экспорт может продолжаться, но деньги идут дольше, дороже и через большее количество посредников. В результате чистый приток валюты в систему становится менее стабильным.А теперь добавляем второй слой. Банки активно наращивали кредитование в юанях, но фондирование под эти кредиты оказалось не таким устойчивым. Когда клиенты начали забирать юаневые средства, банкам пришлось искать валюту на коротком рынке. Итог, в марте ставки по юаневым свопам взлетали к 40% и выше.
Вот это уже не рыночный шум, а симптом. Если ставка в юане способна за короткое время улетать на такие уровни, значит финансовая система стала зависима не только от курса рубля и ключевой ставки, но и от доступности китайской валюты внутри страны.— Поэтому возможный норматив валютной ликвидности от ЦБ это признание новой реальности – юань стал системно важной валютой для России, а значит его дефицит теперь представляет риск для банковского сектора.
Санкционная логика замыкается! ЕС бьёт не по товару, а по маршруту денег. ЦБ видит, что маршрут денег становится нестабильным, и пытается заранее заставить банки держать запас ликвидности. Не потому что всё плохо, а потому что система больше не может жить в режиме «юани всегда найдутся».
Даже при высокой мировой цене на сырьё реальная выручка экспортёров может сжиматься через дисконт, логистику, страховку, задержки расчётов и дорогую валютную ликвидность. Headline-цена может выглядеть красиво, но netback постепенно ухудшается.Бенефициаром снова становится финансовый IT. Потому что, чем сложнее валютный контроль, лимиты, комплаенс, расчёты, управление ликвидностью и антисанкционные контуры, тем выше спрос на банковские платформы.
Помимо надёжных операций банкам нужно перестраивать архитектуру процессов под новую реальность. И здесь есть игрок из IT-сектора, который выглядит как инфраструктурная история.
Санкции всё больше похожи на удорожание финансовой инфраструктуры. Среди банков лучше смотрятся игроки с сильной базой фондирования, высокой долей стабильных клиентов и меньшей зависимостью от юаневого кредитования.Скрытым бенефициарием будет тот, кто сможет обеспечить работу системы внутри страны. А значит, искать идеи нужно в инфраструктуре, которая помогает финансовой системе существовать.
ALEXANDER POLYARNIY
