«Двойные стандарты на Камчатке: почему турист платит за лосося в 6 раз больше?» Представьте ситуацию: вы прилетаете в Москву, подходите к кассе метро. Обычный билет стоит 90 рублей. Но кассир смотрит на вас оценивающе и говорит: «С вас пять тысяч». На ваш немой вопрос он объясняет, что для приезжего это не просто поездка, а «комплексная услуга»: тут вам и особый микроклимат с кондиционером, и дизайнерское освещение станций, и голос виртуального гида. Вы назовете это бредом — и будете правы. В столице такое невозможно. А теперь перенесемся на Камчатку. Здесь разница в цене путевки на вылов одного и того же лосося между местным жителем и туристом из Москвы может достигать шести раз. Для соседа из Петропавловска-Камчатского она стоит условно тысячу рублей, а для вас — шесть тысяч. И когда туристы задают вопросы губернатору Владимиру Солодову или министру рыбного хозяйства Андрею Здетоветскому, внятного ответа они не получают. В Египте двойные ценники в музеях — официальная государственная политика. Но Россия живет по Конституции и Гражданскому кодексу. Что говорит закон? Главная защита потребителя здесь — статья 426 Гражданского кодекса РФ («Публичный договор»). Текст закона прямо указывает: Предприниматель обязан продать товар или услугу любому, кто обратится (розничная торговля, транспорт, услуги связи). Цена должна быть одинаковой для потребителей соответствующей категории . Закон запрещает устанавливать разные цены только потому, что один покупатель местный, а другой — нет. Исключения возможны только если льготы прописаны в законе (например, скидки пенсионерам), но разделения «свой/чужой» там нет . Если путевка продается как документ на добычу рыбы, она обязана стоить одинаково для жителя края и туриста. Любая попытка сделать скидку «по прописке» — это прямое нарушение закона «О защите прав потребителей». Где искать управу? Логично предположить, что порядок должны наводить региональные власти. Однако надежды рухнули после скандальных высказываний отдельных чиновников о «саранче-нищебродах», хлынувшей на полуостров. Задача властей — делать регион доступным, а не превращать его в закрытый клуб. Служебные проверки этих слов пока ни к чему не привели. На федеральный контроль тоже рассчитывать сложно. Министерство рыбного хозяйства демонстрирует полное бессилие. Рыболовы пишут обращения президенту, спрашивая: владельцы участков платят единый налог за пользование ресурсами без привязки к месту регистрации клиента, так почему ресурс перепродается туристам с коэффициентом до шести? По старой бюрократической традиции эти письма спускаются обратно в краевое министерство рыбного хозяйства — то самое, которое проблему и породило. Ответ оттуда предсказуемо отсутствует. Под чьим контролем «Камчатский лосось»? Чтобы создать видимость диалога, краевые власти инициировали создание Ассоциации любительского рыболовства «Камчатский лосось». Идея была здравой: правительство через ассоциацию регулирует условия использования участков и снижает напряженность. Но план провалился. Общественники быстро вышли из организации, увидев, чьи интересы она защищает. В ассоциации остались только владельцы участков. Правительство создало структуру, но забыло дать ей рычаги управления. В итоге власть взяла в свои руки Анархия. Разница в цене на чавычу в начале сезона составляла от 4,8 до 6,25 раз. Самое забавное (и грустное), что минимальный разрыв показали государственные учреждения (Главрыбвод), которые даже не входят в эту Ассоциацию. Это значит, что частному бизнесу закон не писан тем более. Август заканчивается, сезон подходит к концу. Пока промышленники жалуются на плохую путину, организаторы любительской рыбалки снова необоснованно задрали цены на кижуча. Обращения граждан наверняка дойдут до министерских кабинетов. Вопрос лишь в том, получим ли мы ответ.
