Сказка написалась.
Жила была девочка. «Слишком чувствительная», говорили о ней. Девочка всегда держалась немного в стороне от людей. Ее ранили злые шутки над слабыми ребятами, резкое обращение учителей в школе, наказания родителей дома. Ранило любое действие людей, которое совершалось не из доброты. И ей казалось, что это не она слишком чувствительная, а это люди плохо видят, плохо слышат, плохо чувствуют, как-будто живут в скафандрах. Девочка видела, что у людей в сердце живет боль, которую она постоянно видит, но кроме нее, кажется, как-будто другие не видят. Улыбаются ненастоящими улыбками, обнимаются ненастоящими объятиями. Чтобы научиться быть среди людей, девочка пробовала тоже надеть скафандр, чтобы быть среди людей, чтобы быть как все и не раниться. Но в скафандре было так некомфортно. Некомфортно дышать, двигаться, ощущать тело, чувствовать прикосновения. «Нет, я не могу так жить» - сказала девочка и сняла скафандр.
«Попробую поискать других людей, без скафандров» - решила девочка и отправилась искать. Она встречала разных людей, часто люди даже сами тянулись к ней. Девочка искала, находила кого-то, ранилась, ошибалась и снова отправлялась искать. Она начала замечать, что люди периодически снимают свои скафандры. Это происходит в моменты близости. Когда что-то очень яркое зажигается у них внутри, когда на миг открывается сердце. В моменты влюбленности, в моменты переживания страха потерять кого-то, в момент, когда держат младенца на руках, в моменты интимной близости. Не все и не всегда, но многие снимают. На миг, на час, на день. Кто как, но снимают. Это было великим открытием для девочки, оно вселило в нее надежду, что если даже она не встретит никого похожего на нее, то однажды она встретит того, кто снимет скафандр ради нее, ради любви и близости.
И в один осенний день она встретила ЕГО. На нем была рубашка с растегнутыми пуговицами и узкие голубые джинсы, а еще огромный и очень плотный скафандр. ОН все время что-то говорил, девочка почти не понимала смысл слов. ОН пытался произвести впечатление на девочку, как это делали и многие другие до него. Ей это было не важно и не нужно. Она смотрела и слушала сквозь. Она знала, что скафандр искажает не только изображение и звуки извне, но и звуки и изображение исходящие изнутри. Человек в скафандре говорил одно, а звучало другое.
Девочка слышала не ЕГО рассказы о том, где он путешествовал, какая у него машина и работа, где родился и почему развеялся. Нет, она слышала другое: «Я есть. Я внутри. Я хочу узнать, что такое любовь и близость. Я никогда не снимал свой скафандр, я боюсь».
Девочка никогда еще не встречала таких людей с таким плотным скафандром и таким теплым ощущением идущим изнутри него.
Она не понимала, что делать. Но понимала точно одно - это не случайная встреча. Этот свет внутри звал и манил. И она решила попробовать приблизиться к НЕМУ.
ЕГО скафандр нагревался, выпускал шипы, становился ледяным, покрывался ядом, включал сирену при любой попытке его снять. Девочка убегала от страха и боли, а затем снова приближалась. Она сама не могла себе объяснить, почему не уходит, не ищет дальше, зачем терпит боль. Этот свет внутри, ЕГО свет, он постоянно звал, разговаривал, шептал, просил попробовать еще. Девочка отчаянно искала способы снять хоть на мгновение эту тяжесть, эту преграду между ними. Любовью, лаской, заботой. Убегая и снова возвращаясь.
У нее получилось. У них обоих получилось. Близость двух душ. Они наслаждались часами этой близостью. Это было чудом. Они были счастливы. Окружающие замечали, как ОН изменился. Девочка светилась, окруженная его заботой о ней.
Здесь могли бы быть слова «Happy end». Но печаль в том, что скафандр - это не кусок плотной ткани, это живая субстанция. А как и любая живая субстанция, она хочет жить. Кто хочет быть выкинутым на помойку? Никто. И ЕГО скафандр не хотел. Да, он позволял ЕМУ иногда снимать себя, но лишь на время. Но когда на НЕМ оказывался скафандр, все начиналось заново: шипы, яд, сирена, жар, холод.
