Ночной пост no.49
Никогда не отрицал, что с подросткового возраста стремился быть нетакусиком, или нишевым, если выражаться языком современной эпохи, но в данном случае показная нишевость ни при чём — традиция осматривать достопримечательности по ночам возникла случайно, как-то сама собой, в Риме восемь лет назад, в золотую (как оказалось) эпоху путешествий: под окнами арендованного номера раскинулась веранда кафе, итальянцы орали и гоготали до двух ночи, и уснуть было невозможно, поэтому гуляли допоздна.
Возможно, я стал жертвой совпадения, но в христианских странах при ночном осмотре достопримечательностей меня неизменно сопровождал тёплый, алтарный свет, будто от иерусалимских свечей. Я потонул в нём на площади Святого Петра, а уж недавнее посещение комплекса Сан-Марко в Венеции не только продолжило данную традицию, но и одновременно с этим стало апогеем — как оказалось, площадь намеренно оснастили хитрой системой от южнотирольской компании «ewo»: линзы, отражатели и экраны равномерно размазывают свет по площади, не отвлекая внимания от архитектуры, а LED-3000 прожекторы с высоким индексом цветопередачи порождают атмосферу XIX-го века, ламповую, доцифровую.
В итоге алтарный свет съедает холодные оттенки. Что ультрамарин на Астономических часах, что серо-голубой каррарский мрамор Собора тонут в желтизне, отдаваясь на откуп туристическим представлениям об уюте и романтике.
В нехристианском городе я устраивал ночную экскурсию лишь однажды. Ну, как — уже не христианском, но при этом для христианства легендарном (речь, конечно же, о Стамбуле). В парке Гюльхане, где меня обездвижил запрыгнувший на колени кот, я познакомился со знаковым «gece mavisi», цветом ночного неба, подсвеченного полной луной. Красные флаги республики, колыхающиеся в этой густоте, отливали карминовым оттенком, а голубые глаза Ататюрка на плакатах выглядели ещё прозрачнее и холоднее.
Отношения Стамбула и синего достойны отдельного ночного поста. Синий — один из ключевых цветов города: посмотрите на Босфор и Мраморное море, вспомните талисман от сглаза «nazar boncuğu» или изникскую керамику, бросьте взгляд на Голубую (nomen est omen!) мечеть.
Я не даром упоминаю Венецию и Стамбул в одном ночном посте. Синий попал в Европу во многом благодаря венецианским купцам, возившим лазурит из Афганистана, а полихромные колонны, плиты цветного мрамора, античные рельефы и порфировые тетрархи на соборах — военные трофеи из Константинополя. Венецианская республика была соперником-и-уважаемым-партнёром османов — взаимовыгодно торговала, но при этом воевала с ними семь раз за три века.
Каррарский мрамор, gece mavisi, Венеция, Константинополь, история… Я могу наслаивать аллегории бесконечно долго, более того — я собираюсь сделать это в следующих ночных постах. От постмодернизма никуда не деться; хочешь не хочешь, а придётся отдаться ему так же, как Венеция — воле туристов, предпочитающих апероль селекту.
15
June 18, 2026 268 1
