Без ценный ключ
Определение Судебной коллегии Верховного суда РФ по делу А56-24038/2024
В итоге была интересная встреча в RPPA по теме, высказанной ВС РФ позиции в деле о сертификатах, ключах доступа к ПО.
Если по сути, то ВС РФ признал товаром сертификат на ПО и техническую поддержку к нему. Ограничение срока «работы» ключа суд квалифицировал как недостаток товара. Что далее позволяет требовать пользователю от дистрибьютора соразмерного уменьшения покупной цены.
Напомню, что практика по таким делам разносторонняя. Сводится она к содержанию договоров дистрибьютор - пользователь:
✔️ поставка
✔️ поставка + техническое обслуживание
✔️ услуги, доступ к ПО и техническая поддержка
Если только поставка, суды говорили, что в момент поставки товар качественный, обязательства исполнены. Отказ в иске к дистрибьютору.
Если есть длящийся характер отношений, суды говорили и говорят, что взыскание денег с дистрибьютора возможно.
Что нового? В этом деле ВС РФ высказался, что сам по себе сертификат, «ключ», не имеет ценности для пользователя без технической поддержки. То есть сам по себе сертификат нельзя считать полноценным, качественным товаром. А если технической поддержки нет, либо потом выяснилось, что она пропала, то значит товар ненадлежащего качества.
Я высказал мнение, что во всех этих делах ускользает элемент не только IP, но и экономики отношений.
В первую очередь, с точки зрения пользователя (коммерческой организации) и правообладателя:
1. вендор (правообладетель) заключает с пользователем EULA, предоставляя лицензию, доступ к ПО
2. пользователь, коммерческая организация не платит деньги вендору за этот доступ
Фактически, мы понимаем, что в сертификате для приобретателя заложены 2 ценности:
💲 лицензия на использование программы
💲 обновления и техническая поддержка, скорее, обеспечение на стороне вендора, чтобы «оно работало»
И на этом этапе вывод о том, что у самого сертификата ценности нет выглядит не просто смело, а очень смело. Вероятны случаи, когда сама лицензия все-таки представляет ценность. Негативные последствия блокировки ключа не в обновлениях и технической поддержке, а в блокировке доступа. То есть все дело в расторжении лицензии и ограничении доступа к ПО со стороны вендора.
Дистрибьютор, который получил вознаграждение за сертификат, безусловно, заложник посреднической модели. С одной стороны, оставил себе лишь % за перепродажу сертификата, а остальное направил в пользу вендора. С другой стороны, деньги получил под предоставление технической поддержки, а не лицензию, чтобы было понятно за что ему платят. Вендоры, которые выстроили такую модель дистрибуции с квази лицензированием, а по сути продажей воздуха и гарантом получения денег в виде дистрибьюторов, в плюсе.
Что делать на практике? Обсуждать мы обсуждаем, и это верно. Но в конце-концов сила у вендоров.
Пересогласовывать условия распространения ПО никто не будет и у дистрибьюторов возникают дополнительные риски. При выборе на кого кидать риск - на дистрибьютора или пользователя, теперь скорее возложен он на дистрибьютора.
Кстати, обсуждали, что дистрибьюторы не судятся с вендорами по регрессу и насколько все справедливо.
Была мысль, что если кинуть риски на пользователей (которых много), то это ок, потому что так много пользователей как бы «пошерят» убытки от ухода вендора. А вот если все убытки аккумулируются на одном вендоре, то он не потянет, конец бизнеса, банкротство и пользователи все равно не получат ничего.
С другой стороны, такие обстоятельства могли бы сделать весомее обращение дистрибьютора к вендору за взысканием. Пользователю инициация зарубежной литигации за 100 рублей это одно. А дистрибьютору за много рублей это другоей.
Пожалуй, если рассматривать ситуацию в вакууме, дистрибьютор может иметь компанию по месту разрешения споров с вендором, перевешивать убытки как на первую компанию в цепочке дистрибуции и тем самым иметь возможность равного доступа к правосудию и исполнимости решения. Выглядит как неконкурентная модель с банкротствами, но кто знает.
8
6
6December 24, 2025 595 6
