При оценке законности неоднозначных решений ЕИО в сфере распределительных отношений применение критерия «одобрение участниками (бенефициарами) де-юре» и критерия «одобрение де-факто», как представляется, не утратило признаков интригующей конкуренции, продолжающей поддерживать определенное «правоприменительное напряжение». Так, рассмотрение арбитражного дела № А40-228936/2024, демонстрирующее крайне интересную полемику составов судов и итоговый вердикт в духе «приоритет де-факто», по-видимому, обнаруживает некий тренд на усиление популярности института «корпоративных традиций» и, в частности, конструкции «информированного согласия».
Фабула. Заявлен иск против экс-ЕИО о возмещения убытков. Опорные доводы истца: участники не принимали надлежаще оформленных решений о распределении прибыли и согласии на внушительные оклад и премии руководителя. Суд первой инстанции иск отклонил, апелляционная инстанция, напротив, в значительной мере с истцом согласилась, суд округа поддержал доводы решения, ВС РФ 12 января 2026 года в свою очередь признал правильность данной позиции.
Судебная практика. Фрагменты постановления Арбитражного суда Московского округа от 1 октября 2025 года.
«Наличие одобрения действий директора может следовать не только из соблюдения формально установленных законодательством процедур одобрения сделок, но и из фактического поведения участников (акционеров), предшествовавшего совершению таких действий или последовавшего за ними.
/…/ Если контролирующие общество участники или бенефициарный владелец выразили свое информированное согласие на выплату дивидендов участнику или премий директору, в том числе путем совершения фактических действий, явно свидетельствующих о содержании их волеизъявления, то они лишаются возможности впоследствии заявления требования о признании таких выплат убытками общества.
При таких обстоятельствах при рассмотрении настоящего спора апелляционному суду следовало исходить не только из наличия формально установленных законодательством процедур одобрения спорных выплат, но также и из того, давало ли Общество (в лице его мажоритарного участника) свое информированное согласие на выплату спорных сумм».
«/…/ Апелляционный суд никак не опроверг вывод суда первой инстанции, основанный на совокупности представленных в материалы дела доказательствах, о том, что спорные выплаты производились в соответствии с ранее сформированным порядком и не выходили за пределы обычной хозяйственной деятельности Общества».
