Меня попросили высказаться по поводу блокировок мессенджеров и VPN. Что я имею-таки вам сказать.
Минцифры последовательно закручивает гайки, уменьшая влияние иностранных платформ. В целом, с необходимостью фильтровать контент в сети в условиях нарастающих рисков, ведущейся против нас мощной информационной войны и кибервойны – я согласна.
Я сама много раз высказывалась про цифровую гигиену и слежку за пользователями со стороны глобальных цифровых платформ. Однако скорость закручивания гаек и технические способы реализации вызывают сомнения. Не только у меня, а у миллионов соотечественников.
Депутаты Госдумы активно комментируют процесс ужесточения блокировок, обещают, что скоро всё неправильное нам тут заблокируют и наступит цифровое суверенное Щастье. Эти высказывания только подливают масла в огонь и заставляют граждан в панике искать способы обхода блокировок.
В скобках замечу, что депутаты Госдумы, высказывающиеся про ИТ (за исключением разве что Антона Горелкина), зачастую демонстрируют слабую осведомлённость в области информационных технологий, поэтому их высказывания так часто имеют отрицательный эффект. Может, им курсы какие-то прослушать по ИТ или хотя бы несколько вебинаров по темам, на которые они так легко и непринуждённо выступают?
Что же касается способов реализации блокировок, то на ум приходят два очевидных соображения.
Во-первых, всякое действие рождает противодействие. За последние пару лет средний уровень знаний ИТ у граждан России значительно вырос – теперь каждая бабушка умеет устанавливать себе VPN.
Во-вторых, блокировка и одной-то коммуникационной платформы вызывает заметные технические сложности, но если этих платформ несколько, то мощностей блокираторов явно не хватает. Основная технология, используемая для блокировок – это глубокий анализ пакетов (Deep Packet Inspection по-английски) – сокращенно DPI.
При резком росте числа инспектируемых пакетов система DPI перестаёт справляться и начинает пропускать пакеты, поэтому при недавнем начале блокировки Телеграма у многих вдруг снова заработал WhatsApp и прочие забытые сущности западного цифрового мира. А также появилось видимое простому глазу замедление обычных ресурсов – некоторые сайты теперь открываются по 3-5 минут.
Видимо, курс на блокировку сверху дан жёсткий, поэтому Министерству приходится искать выходы из этой ситуации (ну, помимо 84 млрд рублей, которые хотят потратить на расширение мощностей государственной системы DPI, выполняющей блокировки).
И вот с прошлой недели косяком пошли новости про эти выходы. Министр Шадаев обязал ИТ-операторов и ИТ-платформы (типа Ozon, Wildberries и проч.) бороться с обходом блокировок. А «Коммерсантъ» написал, что по сведениям от неназванных источников в Минцифре планируется, что у ИТ-компаний будут отнимать аккредитацию – то есть льготы – если они не будут бороться с использованием VPN их сотрудниками. Должны будут ловить «нарушителей» в офисе, в корпоративных сетях!
Это значит, что министерство с блокировкой VPN на широких просторах не справляется, и решило переложить эту интересную задачу на плечи бизнеса. За его собственные деньги. Причём планируется, что проверять исполнение будет ФСБ, что особенно озадачивает.
Замечу, что на всём этом фоне, по данным СКБ-Контур от февраля сего года, имеет место просто сюрреалистическая статистика: за 2025 год количество закупок VPN-сервисов выросло на 18, 5%. Только в государственных органах на VPN было потрачено 20 миллиардов рублей.
При этом Минцифры уже выпустило методичку по обнаружению VPN в корпоративных сетях и на клиентских устройствах.
Методичка чисто технически – вполне адекватная, её мог написать любой специалист по сетевым технологиям. Но она предполагает внедрение следящего программного обеспечения в корпоративной среде, в том числе на устройства сотрудников. На каком основании, собственно? Как это соотносится с 152-ФЗ о персональных данных, с законами о тайне переписки и прочими конституционными правами граждан?
