ГЕНИЙ ИЛИ АБЬЮЗЕР? Любовь или Я ТАК ХОЧУ?Где заканчивается величие и начинаются Ваши границы
Есть очень старая и очень удобная человеческая ошибка:
путать талант с индульгенцией.
Выдающийся — значит, можно простить резкость.
Блестящий профессионал — значит, надо потерпеть унижение.
Создаёт великое — значит, его характер «просто такой».
Слишком умна для обычных правил...
Нет.
Гениальность может объяснить необычность мышления.
Высокая одарённость — сложность характера.
Статус — масштаб ответственности.
Но ничто из этого не выдаёт человеку лицензию на разрушение чужого достоинства.
И вот здесь начинается самое интересное.
Проблема не только в том, что кто-то нарушает Ваши границы. Иногда гораздо важнее другое: почему Вы соглашаетесь считать его право на исключительность более весомым, чем своё право на уважение?
В тот момент, когда мы говорим себе:
«Ну Гений…»
мы очень незаметно добавляем вторую половину фразы:
«…поэтому со мной можно вот так»...
И это уже ПРО ДРУГОЕ.
Это про внутреннюю иерархию, которую мы сами построили:
Талант выше достоинства;
Статус важнее дискомфорта;
Величие значительнее границ.
В терминах транзактного анализа получается опасная позиция:
Ты — ОК.
Я — не совсем.
Именно здесь человек начинает понемногу сдавать себя — сначала из вежливости, потом из восхищения, затем из страха потерять контакт, возможность, отношения, доступ к «великому человеку».
А потом неожиданно обнаруживает, что вместе с терпением ушла и внутренняя опора.
Мне вообще кажется, что зрелость особенно хорошо видна не по тому, как человек ведёт себя с равными, а по тому, как он обращается с теми, перед кем может позволить себе власть.
Можно быть невероятно талантливым и совершенно не способным к близости.
Можно иметь высочайший интеллект и эмоциональную примитивность.
Можно написать гениальную книгу, построить компанию, совершить научное открытие — и при этом плохо выдерживать чужое «нет».
Одно не отменяет другого.
И здесь важно не скатиться в обратную крайность: сложный характер — ещё не абьюз, резкость — не всегда насилие, конфликт — не диагноз.
Но систематическое унижение, запугивание, обесценивание, контроль, нарушение согласия и наказание за сопротивление не становятся менее разрушительными только потому, что их совершает человек с высоким IQ, должностью, известностью или талантом.
Настоящее величие вообще редко нуждается в том, чтобы уменьшать окружающих.
Мне гораздо интереснее человек, рядом с которым мой масштаб не обязан сокращаться.
Поэтому личная граница для меня звучит очень просто:
«Я могу восхищаться Вами — и не разрешать Вам плохо со мной обращаться».
Можно признавать талант — и не поклоняться личности.
Можно уважать профессионализм — и прекращать унижающий контакт.
Можно любить человека — и не соглашаться на разрушительное поведение.
Можно видеть его величие — и не делать себя маленькой.
Ваше «нет» не становится менее законным рядом с великим человеком.
И, пожалуй, один из признаков настоящей внутренней свободы наступает тогда, когда Вы способны спокойно сказать тому, кого весь мир считает выдающимся:
«Да, Вы велики в своём деле.
Но здесь проходит моя граница».
Потому что талант — величина переменная.
А человеческое достоинство — нет.
•VALLIS. ЛЮБЛЮ
