Север суров и север помнит. И пусть Винтерфелл добрее и справедливее Магадана, того, что находится севернее и глубже Магадана, я нашёл поразительное сходство «Игры престолов» Джорджа Мартина и «Колымских рассказов» Шаламова.
Кровь Первых Людей по-прежнему течет в жилах Старков: мы считаем, что тот, кто выносит приговор, должен и нанести удар. Если ты собираешься взять человеческую жизнь, сам загляни в глаза осужденного. Ну а если ты не в силах этого сделать, тогда человек, возможно, и не заслуживает смерти.
Думаю, каждый, кто знаком с «Песнью льда и пламени» помнит, как в начале саги Нед Старк собственноручно казнит дезертира из Ночного дозора.
Но немногие вспомнят рассказ Шаламова «Первый чекист»:
— …Сейчас, говорят, специальные исполнители есть. А знаешь, как у Дзержинского было поставлено дело?
— Как?
— Если Коллегия выносит вышака, приговор должен привести в исполнение тот следователь, который вел дело… Тот, который доказывал и требовал высшей меры. Ты требуешь смертной казни для этого человека? Ты убежден в его виновности, уверен, что он враг и подлежит смерти? Убей своей рукой. Разница очень большая — подписать бумажку, утвердить приговор или убить самому…
— Большая…
— Кроме того, каждый следователь должен был сам найти и время и место для этих своих дел… Разно было. Одни в кабинете, другие в коридоре, в подвале каком-нибудь. Все это при Дзержинском следователь подготовлял сам… Тыщу раз подумаешь, пока станешь просить для человека смерти…
