А с утра меня встречает Революция
Выходной. Спускаюсь со второго этажа на кухню чтобы позавтракать. Меня встречает Революция с возмущенным лицом, будто я сделал что-то из ряда вон выходящее:
- Никита, у нас что, отель?
Тут надо сказать, что у бабушки была одна интересная особенность, она одним предложением могла выводить людей из себя, раскручивать на эмоции, заставлять их кричать, топать ногами, что-то доказывать, после чего она могла спокойно идти на кухню пить чай, или уходила к себе в комнату с чувством выполненного долга.
Однажды увидев у моей мамы ночную рубашку с непонравившимся ей цветом она сказала: - я бы себе такую никогда не купила. Потом через некоторе время когда мама привезла себе аналогичную новую ночнушку с рынка, она довела ее до истерики лишь одной фразой: - Света, ты думаешь только о себе, я хотела себе такой же фасон и расцветку. Мама брызгала слюной на всю квартиру, бабушка же в это время уже заваривала чай. Естественно, с новенькой маминой ночнушкой в руках.
Зная эту особенность я всегда переворачивал ее вопросы и подыгрывал ей в шутку.
- Конечно, расселяем беженцев с Востока, невозмутимо ответил я. Сам же пытался понять к чему она вообще заговорила про отель. Я лихорадочно перебирал мысли: может я не заметил табличку «не беспокоить», или в квартире слишком грязно и это явный намек на уборку, в отелях-то каждый день убирают.
Бабушка же в свою очередь знала про мою особенность реагировать на ее возмущения шутками:
- В коридоре стоит мужская пара обуви, которую я вижу впервые. Чья она? Я знал, что дома кроме нас двоих никого нет. Значит либо ботинки появились из воздуха, либо у бабушки появился тайный гость. С интересом пошел проверять обе версии.
Увидев свои же ботинки я понял, что бабушка подумала, что у нас дома ночевал кто-то из моих друзей.
- Бабуль, иди я тебя обниму, нежным тоном сказал я. Рева стояла в дверном проходе вставив руку в бок просверливая меня своим пытливым взглядом.
- Это мои ботинки, шепотом сказал я, будто раскрывая государственную тайну. Спасибо, что подняла мне настроение с самого утра, обожаю твой юмор.
Я всегда думал, что имя Революция какое-то странное, смешное что ли. Мол как можно было назвать таким именем человека? Сегодня же я думаю насколько крутое и необычное это имя, такая бабушка есть только у меня и у Майкла Джексона. Жаль, что я не могу сказать тебе это как тогда в коридоре с обнимашками, сегодня тебе было бы уже 99.
С днем рождения, Революция!
