. 𝒜 rs.menthol

взгляд, полный надежды, буквально пожирал Арсения. нервно перемещался с его лица к рукам и обратно. "не представляю жизни без тебя", "больше не хочу убегать". парень прикрыл нижнюю половину лица рукой, понимая, что с каждой секундой проведённой рядом с ним желание уйти всё меньше и меньше. откровенно говоря, оно испарилось вовсе, если вообще было. а вдруг Лёня действительно не врёт, и если Сеня уйдёт - это будет онец, которого они оба так боятся? но с другой стороны, если эти слова сказаны в порыве и ничего пýтнего за собой не несут? оба исхода крутились перед глазами. в первом, где всё хорошо и они счастливы, хотелось остаться. безумно хотелось. это именно тот асклад, который Аксаментов хотел видеть на своих картах.

как оказалось, он не может сформулировать мысль. никак. слова путаются в голове, предложения не конструируются. проблем с речью он почти не испытывал, но в такие моменты горло засыхало. ступор.

это звучало жалобно. даже очень.

больше он не сопротивлялся. поверил. отогнав все мысли о том, что он обязательно пожалеет об этом и всё повторится, Арсений плотно поджал губы.

на этих словах наружу вскрывались все запрятанные, подавленные мысли, которые Сеня хотел вычеркнуть из головы, чтобы они перестали прокручиваться в голове из раза в раз.

слёзы накатили с новой силой.

на этом лимит слов был исчерпан. он закрыл лицо обеими руками. всё.

Арсений видел слёзы Лёни второй раз за долгое время. он бы никогда в этом не признался, но его руки затряслись. понимает, что его руг как никогда искренний и до жути напуганный. внутри всё ныло, стучало и рвалось снова вытереть его щёки, как в тот день, коснуться плеч и забыть всё плохое, но здравый смысл не позволял. если он позволит снова подобраться ближе, то какая гарантия, что он не поступит также снова? через время. когда их близость достигнет пика. от этой мысли парень непроизвольно издал всхлип громче, чем хотелось бы. недавно Олег, после их посиделки с косяком проронил слово о безэмоциональности и каменном лице Аксаментова. с этим утверждением был бы согласен каждый, кто знает его лично, но сейчас он стоит перед не менее сильно подавленным Леоном и позволяет себе расплакаться.

рука, что еле заметно тянулась к плечу Лёни, резко отпрянула, обратив на себя внимание. очевидно, что эти слова давались ему непросто. столько лет молчания и ожидания боролись с неимоверной тягой к этому парню. его признание в ответной любви ударило ниже пояса. Арсению было бы куда легче, будь его чувства односторонними. теперь ситуация выглядит ещё больнее.

на последнем слове голос стал выше.

его плечи затряслись пуще прежнего. осознание всей ситуации и её отражении на жизни обоих долбилось о стенку желудка. чтобы не видеть лица Лапкина, Сеня повернулся к нему боком и коснулся своего мокрого лица, размазывая слёзы по щеке.

горько, с обидой выдал Аксаментов, не сдерживая сарказма.

переместив свой взгляд, полный смесью болезненной любви и разочарования на Леона, Арсений до боли закусил губу. в нём боролись две стороны: уйти, вычеркнуть, забыть и безоговорочно простить. отвечать что-то ещё было страшно, а развернуться и дать понять, что всё кончено ещё страшнее. они оба не хотели этого.

в этом вопросе звучал страх конца и мольба что-то сделать одновременно.

в момент, когда Лёня пошатнулся у края крыши, Арсений ахнул и ощутил, как сердце заколотилось быстрее. на мгновение ему показалось, что сейчас он сорвётся и полетит вниз. увидив, как его непутёвый "приятель" неловко отпрянул от опасного места, Сеня выдохнул, осознав, что с ним всё в порядке.. относительно.

каких-либо чётких или понятных объяснений по поводу своего нахождения не у бабушки тот не дождался. лишь смотрел, как менялось его выражение лица и глаза нервозно щурились. ощущения Аксаментова были смешанными. начиная жуткой тоской, желанием убрать прилипшие ко лбу волосы, накрыть его нос губами, вывалить все свои чувства, вжать в себя и больше не выпускать, заканчивая нереальным размером чувством предательства, тягой вцепиться ему в шею и потребовать объяснений немедленно. как же так? неужели Сеня так мучался после этой вечеринки столько времени и снова проглотил очередной уход ради того, чтобы сейчас увидеть Леона на его любимом месте, напуганного и старающегося придумать себе оправдание?

он не понял, как его голос дрогнул, с потрохами выдавая своё состояние одним лишь своим взглядом. Арсений не отличался эмоциональностью или яркой мимикой, но сейчас он смотрел так, будто видит напротив себя конец мира. своего.

по щеке покатилась слеза. видеть его таким было невыносимо. ещё более невыносимо, чем бороться с самим собой и терпеть это дальше.

ругательства с его уст были чем-то крайне редким. в этом слове отчётливо слышалась вся буря эмоций, наличие которой не свойственно для Арсения. на чужую попытку вставить хоть слово или подойти поближе, он сделал шаг назад и выставил перед собой руку.

эта фраза была вкинута с обречённой усмешкой, показывающей всю абсурдность ситуации. пока Арсений вытирал слёзы с лица.

. .