начало
И ещё один комментарий к биографии Льва Зискинда, в продолжение темы о двух Давидах. Говорят, граф М.Н. Муравьёв-Виленский (альтернативный никнейм «Вешатель»), родственник нескольких декабристов Муравьёвых, как-то сказал: «Я не из тех Муравьёвых, которых вешают, а из тех, которые вешают». Евреи, связавшие свою судьбу с большевизмом, тоже нередко носили одинаковые фамилии и имели схожий социальный и политический бэкграунд, но вот их судьбы складывались в 1930-е годы совершенно по-разному.
В то самое время, когда Лев Зискинд оказался в советской тюрьме, среди сотрудников московского Управления НКВД был его однофамилец, Леонид Зискинд – при рождении, скорее всего, оба они были Лейбами. В числе прочего, этот Зискинд вёл дело моего прадеда и группы его коллег по типографии и издательству «Дер Эмес». В 1937 году пошёл на повышение в Смоленск. Через пару лет, когда несколько сослуживцев Зискинда будут арестованы за нарушения социалистической законности (а заодно и за антисоветский заговор), в показаниях они назовут его фамилию среди тех, кто занимался фальсификацией следственных дел. Но Зискинду это не повредит, он будет дальше расти по службе и получать награды. Уволят его из органов в начале 1950-х в звании подполковника. Он проживёт 80 лет, в два раза дольше, чем автор книги «Польша – Дом убийств».
#советскиеевреи #1930е #репрессии #ДерЭмес #коммунизм #большевизм #СССР #США #Польша #искусство #театр #литература #идиш
9
4
2July 4, 2026 299 2 3
