Хотя самого страшного случиться не успело, но для психики ребенка это непереносимый конфликт, с которым невозможно жить. Отец как фигура защитника становится фигурой насильника, источника опасности, предателя матери.
И тогда репрезентация отца (образ отца как насильника и предателя) изгоняется из сознания (просто стирается как ластиком).
Но создается бессознательная фиксация на этом моменте – мужчина способен сексуально посягать на ребенка. То, что вытесняется, остается неизменным бессознательным убеждением, даже если жизнь показала уже совсем иное. Психика зафиксировалась на моменте жизни той самой 7- летней девочки.
И взрослая женщина так и осталась этой девочкой, застывшей в страхе перед отцом.
Фрейд пишет, что при вытеснени судьба представления (отец как насильник) и судьба аффекта (страх и ужас) различаются.
Представление/репрезентация/образ (как бы) исчезает. 
Но его аффективная величина (страх) остается в нашей жизни. Потому что вытесненное всегда пытается найти выход к сознанию – и наша психика затрачивает огромное количество усилий, чтобы удержать его в «невидимой» зоне. Поэтому аффект невозможно вытеснить, он не может быть полностью подавлен, это та самая лазейка и способ разрядки (или крик о помощи) вытесненного – и у одних он конвертируется в тело (истерическая конверсия по Фрейду или психосоматика по-нашему), а у других трансформируется в свободную параноидную тревогу. У нашей девочки был второй вариант.
Эта тревога «повисает в воздухе» и ищет, на что бы опереться, за что бы зацепиться, чтобы обрести форму. И здесь происходит самое важное: чтобы не допустить прорыва ужаса в сознание (что означает вспомнить, как ее домогался свой собственный отец - пусть и не специально), психика запускает механизм смещения и создает сложную фобическую структуру. Женщина бессознательно отождествляет свою гипотетическую будущую дочь с собой в 7-летнем возрасте. Эта гипотетическая девочка – она сама, ее вытесненное «Я» из прошлого.
Страх инцеста и п*дофилии смещается с прошлого (ее отец) на будущее (ее муж или гипотетический отчим гипотетической дочери).
В оригинальной травме отец спутал девочку с матерью (сексуализировал дочь). В ее фобии муж или отчим сексуализирует ее собственную, еще даже не зачатую, дочь.
Психика бесконечно проигрывает травму в фантазиях о будущем, чтобы не вспоминать и не «болеть» ей в прошлом.
По Фрейду, при неудачном вытеснении (когда оно все же находит лазейку через аффект) психика переходит к построению системы избегания:
страх родить девочку – это запрет на создание объекта, который окажется в уязвимой позициистрах второго брака и в принципе страх перед мужьями – это запрет на создание ситуации, в которой появится «отец девочки», который потенциально может повторить судьбу ее родного отца.Поэтому ее избегание роли матери девочки и второго брака – это не каприз и не социальное осуждение (а-ля разведенка с прицепом), это грандиозная бессознательная попытка спасти ту самую 7-летнюю девочку, которая осталась в полной беспомощности и одиночестве во взрослом мире в ту ночь.
Она становится «идеальной матерью» для своей внутренней вытесненной девочки, ограждая ее от угрозы, которой уже не существует в настоящем, но которая живет в бессознательном.
———————————————————-
Зачем постоянно копаться в детстве, вспоминать то, что уже давно прошло? – спрашивают скептики.
Это
живая иллюстрация того, как наше давнее прошлое продолжает управлять нами не один десяток лет, а кем-то – и всю жизнь. Сможет ли помочь что-то еще с такими глубинными страхами, кроме психоанализа? Пока других способов анализировать себя и связывать хаотичные обрывки мыслей и чувств в единую цепь нет
#мыслипсихоаналитически@psyrox
