Отец относился к маме благоговейно и требовал того же от всех.
Они поженились 20 мая 1949 года. Каждый месяц до конца своих дней отец отмечал 20-е число, как он говорил — “наш день”, и дарил маме мелкие подарочки.
С раннего детства я знала, что это для неё в картонном стаканчике икра в холодильнике — не для меня. Это я встаю рано и иду в школу, отец садится за письменный стол “гнать” строчки переводов, а мама спит, поэтому надо ходить на цыпочках. Работать отец маму не пускал. Её стаж — три месяца, ещё до моего рождения.
Я воспринимала всё это как любой заведённый порядок — совершенно естественно. Так же, как принимала свою судьбу: мама — королева, а я не то чтобы Золушка, но что-то обыкновенное, “как все”. А она — особенная.
Помню, как однажды отец с кем-то разговаривал по телефону. Мамы не было дома. Я вертелась рядом. И отвечая на вопрос о маме, отец сказал: «Ну что она… Вы же знаете: идёт по улице — все кругом падают».
Уже в конце жизни мама как-то в разговоре произнесла слова, которые ярче всего могли бы рассказать о её жизни:
«У меня никогда не было зонтика. Ведь если идёт дождь, зачем выходить на улицу?..»
(Елена Холмогорова, мемуары “Недрогнувшей рукой”)
2
22
3
2
22
3
2September 1, 2026 434 11
