Выбор расширения литературной нормы именно для «машу» и вправду выглядит немного странным.
Во-первых, у нас есть пашу и брешу — и никто не говорит «пахаю» и «брехаю», и вряд ли станет. То есть для этой маленькой группы слов нормально менять инфинитивное х на ш в личных формах — это даже скорее правило, из которого новоутверждённое «махаю» как раз-таки вываливается. Вообще чередование х//ш — нормальное, оно появилось ещё давным-давно, когда смягчались задненёбные согласные в определённых позициях при формо- и словообразовании: смех — смешить, утешать — утеха, тихий — тише. Да и в целом мена на ш — достаточно характерна для парадигмы личных форм глагола: писать — пишу, носить — ношу, косить — кошу, гасить — гашу.
Так что «махаю» ввели явно не в целях уподобления среднему по парадигме. Но чем же ещё может быть обусловлен выбор нормы, которую решили расширить, если не унификацией системы? (В случае со звонит, кстати, причина именно такая, и поэтому тут вообще ноль вопросов.)
Причина пока выглядит для меня небольшой лингвистической загадкой. Единственный собственно языковой вариант — ну чтобы было поудобнее. Но на самом ли деле засилье «махаю» в устной и письменной речи настолько массовое и тотальное, что прогнуло парадигму, я сказать не могу. Просто надеюсь, что у ребят, которые работают с биг-дата реальных языковых употреблений, было достаточно аргументов.
А ещё, вероятно, мотивация может лежать вне языковой сферы.
Может быть, у государственных лексикографистов есть своих планы — минимум раз в год вносить что-то новое в словарь, а то премии не будет. Может быть, в министерство надзора за орфографией (я его только что выдумала) пришёл новый начальник, которого в детстве били за то, что не мог запомнить, как правильно говорить: машу или махаю, и теперь он лечит свою травму на национальном уровне (таким нас тоже не удивишь). А мо-о-ожет быть, есть разнарядка хотя бы иногда искусственно поворачивать язык лицом к человеку, не кончавшему филфаков, внося послабление в сложные случаи орфографии или орфоэпии.
Последнее, кстати, вполне гуманистическая затея: разве плохо, когда кто-то, кто без вреда для здоровья окружающих отличается от нас, станет чувствовать себя слегка лучше? Мне кажется, здорово.
С меня лично не убудет: речь не идёт (и не может идти) о запрете или отмене (хотя мы слишком к ним привыкли, так и что и тут можем ощущать нечто подобное) изначального «машу» — обе формы будут торчать в словарях как равнодопустимые ещё тысячу лет. То есть по факту грамотеев это вообще не касается — употребляем себе как употребляли, чего расшипелись?
Но есть ещё одно гражданское беспокойство из долетевших до меня по этому поводу: а не значит ли это, что теперь язык будут постоянно менять в угоду малограмотным?
Вряд ли! Причин и исторических поводов для государственной и глубинной реформы орфографии по типу той, что произошла в 1918 году, будто бы совсем нет. К слову, хоть грамотное меньшинство (большая часть которого уже не проживала на тот момент на территории большевиков) и сильно ругало всё произошедшее, вообще-то реформа, причём примерно в таком же виде, разрабатывалась ещё с 1904 года силами имперских лингвистов Академии наук, в числе которых были, на секундочку, Фортунатов, Шахматов и Бодуэн де Куртенэ. И она на самом деле была довольно-таки нужна и своевременна — и послужила хорошему: массовой ликвидации безграмотности. Безусловно, политические, идеологические задачи она тоже решала. Но во вторую очередь.
Сейчас подобных предпосылок и условий не имеется. Задача срочно обучить грамоте >90% населения отсутствует по причине того, что >90% уже грамотно. Мы живём по своду орфографии, созданному в 1956 году, и он ещё не успел истрепаться как следует. Моя бабушка и та его старше — а она вполне себе актуальная, активная женщина. А книжки и нормативы сохраняются ещё лучше людей.
И последняя пугалка: дескать, все эти «махаи» приведут к тому, что отменят достопочтенный наш морфемно-морфологический принцип написания в угоду бесовскому фонетико-фонологическому, согласно которому всё пишется так, как слышится. Ужас!
(Кстати, удивительно, что в 1918-м не ввели тотальный фонетический принцип — я бы ввела. Сколько сил и потуг, сколько литров детских слёз сэкономили бы! Да и кто не завидовал хотя бы разок беларусам, сербам или испанцам? Я вот постоянно.)
Но эта страшилка тоже не проходит проверку логикой и действительностью. Обучить почти всех с нуля и переучить всех — эти проекты требуют совсем разных мощностей. И что-то мне подсказывает, что наши образовательные институции к такому совсем не готовы. К тому же сейчас общий курс — на консервацию всего национального, а что может быть национальнее, чем язык? Не, на такой подпил государственного сука́ сейчас совсем не время решаться, на мой взгляд. Это даже звучит почти как экстремизм. Наоборот, думаю, сейчас в тренде будет максимальное стояние за уже наработанную нормативность.
Так что, в конечном итоге, нет ни одного существенного повода для настоящего беспокойства, только для субъективно-тревожных колыханий. Запретить их вам я, разумеется, не могу, но по-доброму призываю вдохнуть и выдохнуть — и идти себе, в ус не дуя и не злопыхая по пустякам, продолжать быть в-основном-грамотными, каждый во что горазд.
#ЩаОбъясню
P.S. Выражаю благодарность Наташе Калашниковой за стимуляцию на эти размышления.
11
5
1July 27, 2026 306 4 1
