Как видно на изображении, у модели есть две половины — про себя и про других, а внутри каждой по две области. Развитие в ней идет от левой половины к правой: чем лучше у меня с осознанностью и саморегуляцией, тем точнее я могу распознавать состояние других и тем осмысленнее могу влиять.
Сначала — навык замечать себя и свое состояние, то есть осознанность (в том числе осознавание телесных сигналов). Потом — умение свое состояние регулировать, то есть саморегуляция. И дальше та же пара навыков разворачивается в сторону других: замечать их состояние и как-то на него влиять.
Конечно, мы и так ежедневно проявляемся во всех этих четырёх квадратах даже без всякой практики — как-то замечаем себя, как-то регулируем свое состояние, как-то считываем состояние других и как-то на них влияем. Вопрос скорее в том, насколько мы довольны тем, как это получается)
И здесь есть пара важных моментов, которые не хочется упустить.
Первый — про распознавание состояния другого. Я придерживаюсь идеи, что изнутри другого мне не видно. Все, что мне доступно про него, — это то, что я вижу и слышу (дыхание, напряжение и поза, мимика, движения, громкость, скорость и интонация речи). Все, что дальше, — это уже мои интерпретации. Мне кажется важным уметь ловить себя на избыточных интерпретациях и также замечать, когда они строятся на основании моего состояния. Например, если я в тревоге или устала, то это может влиять на то, что я вижу в других.Второй момент — про влияние. Я придерживаюсь идеи, что в контакте мы всегда друг на друга влияем, даже если это влияние незаметно. Мы влияем своими словами и своим состоянием. Интонация, паузы, мимика, темп речи могут влиять даже больше, чем то, что мы говорим. Особенно заметно это становится там, где влияние сильнее — в помогающих практиках, в преподавании, в родительстве. Получается, что влиять я по-любому как-то буду, а вот если мне важно делать это каким-то особым образом (например, из своей помогающей роли), то мне необходимо уметь замечать и регулировать свое состояние прямо внутри контакта с другим человеком.И получается, что в обоих этих моментах, если я хочу действительно уметь замечать что-то про другого (а не только свои интерпретации) и осмысленно влиять, то мне оказывается очень важно уметь замечать и регулировать свое состояние прямо в момент контакта.
А контакт — это ведь не самые простые условия для многих из нас. Когда мы оказываемся видимы другими, это само по себе может быть сильным стрессовым триггером, а в дополнение к этому от другого мы получаем разные сигналы о его состоянии, его реакции на нас, его слова, обращенные к нам. Это очень большой поток информации. От всего этого очень легко потерять внимание с себя и своих ощущений.
Модель эмбодимент-интеллекта описывает конкретные навыки, но не говорит о том, в каких условиях мы их осваиваем. Одно дело — замечать и регулировать свое состояние, когда мы одни дома. И совсем другое — в разговоре с человеком, который, например, чем-то раздражен. Кроме того, в обычном разговоре чаще всего все идет слишком быстро, и очень многое так и остается незамеченным или осознается уже после дела.
Даже имея личную практику медитации и саморегуляции, в контакте с другими может быть сложно про все это вспоминать, и это нормально. Поэтому мне и кажется важным организовывать такие условия, где можно исследовать себя в контакте и при этом с возможностью останавливаться, анализировать, что произошло, и пробовать как-то иначе.
