Мамин век
18+ НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ЛЬВОМ МАРКОВИЧЕМ ШЛОСБЕРГОМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ЛЬВА МАРКОВИЧА ШЛОСБЕРГА
4 сентября – сто лет со дня рождения мамы, Брониславы Евсеевны Шлосберг (ур. Беркал, 4 сентября 1926, Псков – 24 сентября 2004, Псков).
Отношения с родными после их ухода становятся вневременными – счёт времени утрачивает значение. В тёплой памяти живёт образ человека, который уже не меняется с течением нашей жизни. Но мы сами становимся старше и приближаемся к ушедшим родным не только по возрасту, но и по опыту жизни. И в этом смысле становимся ближе друг к другу.
У мамы была удивительная изначальная расположенность к людям. За всю жизнь я не слышал от мамы ни одного недоброго слова ни об одном человеке. Мама создавала вокруг себя атмосферу понимания, принятия и миролюбия.
Семья была для мамы абсолютной ценностью. Забота о мире в семье была такой же потребностью, как дыхание. Любые нестроения в семье, любые тени ссор вызывали у мамы немедленное беспокойство. Было второстепенным, кто виноват в споре, а кто прав, главным было – уладить разногласия и вернуться к добрым отношениям. Часы, когда вся семья была в сборе, были источником радости и душевного тепла.
До войны мама училась с Адой Рокоссовской – дочерью Константина Рокоссовского, конный полк которого стоял тогда в Пскове.
Война разрушила весь жизненный уклад. Брат Хонэ, выпускник средней школы №2 1941 года, где преподавал отец, художник и педагог, Евсей Львович Беркал, ушёл на ускоренные курсы техников-артиллеристов со свежим школьным аттестатом в руках и оттуда – на фронт, уже под Сталинград. Мама с родителями, Марией Абрамовной и Евсеем Львовичем, успели уехать из Пскова в одном из последних эшелонов в первых числах июля и оказались в эвакуации в Мордовии. После войны семья вернулась в разрушенный родной Псков.
Мама рано поседела. На портрете 19-летней дочери, который Евсей Львович написал в 1945 году, сразу после возвращения в Псков, у мамы уже седые пряди.
Довоенный дом на ул. Карла Маркса был разрушен и учительской семье дали комнату в доме 16-а на ул. Школьной около храма Ильи Пророка с Мокрого Луга (сейчас на месте этого дома китчевая гостиница).
Мама хотела стать врачом и начала учёбу в Ленинграде, но по личным причинам вернулась в Псков и поступила на естественно-географический факультет Псковского педагогического института, стала учителем химии и биологии.
Из института мама пришла на работу в среднюю школу №8 (в здании бывшей Мариинской женской гимназии, до войны – средняя школа №2), где и до, и после войны работал отец, Евсей Львович Беркал, и отработала там всю профессиональную жизнь, последние два года (до 1982) – уже в новомздании школы на ул. Западной.
Кроме преподавания химии, ботаники, зоологии и биологии, мама постоянно работала классным руководителем. На десятках фотографий в семейных фотоальбомах мама с отцом вместе с учениками в стенах школы или сквере.
Ещё с гимназического времени рядом со школой был ограждён каменным забором кусочек земли, выходящий на улицу Гоголя. После войны он стал учебным огородом и цветником, где мама учила детей цветоводству, садоводству и огородничеству. Выращенные овощи передавали в школьную столовую.
В школе был живой уголок, который на время летних каникул переезжал к нам домой. Папа и сейчас вспоминает этот комнатный зоопарк с птицами, земноводными и другой мелкой живностью, за которым они ухаживали вместе с мамой.
Между тем за семьями еврейских интеллигентов пристально наблюдали. Одно из маминых писем брату Хонэ, участнику войны, в Гомель было вскрыто (возможно, вскрывалась вся переписка семьи), какая-то фраза о трудностях жизни читателям в штатском не понравилась. С тех пор мама перестала писать письма, писала только поздравительные открытки. Письма вернулись в жизнь нашей семьи в 1985-87 гг., во время моей армейской службы в Грузии.
Моё рождение стоило маме очень дорого…
📝 Полный текст воспоминаний Льва Шлосберга к столетнему юбилею мамы.
Forwarded fromЛев Шлосберг
61
12
10
6September 4, 2026 1.3K 6
