Рок-н-ролл над Нью-Йорком: почему двое безумцев на шпиле — это лучшее, что случилось с нашей лентой
Двое в чёрном карабкаются по голому шпилю Эмпайр-стейт-билдинг. Без страховки, ветер сбивает с ног, а под ними Манхэттен и почти полкилометра высоты. На самом верху Иван с Анжелой разворачивают чёрный баннер с лозунгом про то, что любовь сильнее жажды власти. Потом Иван встаёт на колено и делает Анжеле предложение. Вокруг кружат вертолёты, снимают видеокамеры, и через секунду эти кадры видит весь мир в своих лентах.
Это было дерзко и чертовски стильно. Их, конечно, тут же повязали копы, но быстро отпустили, и уже назавтра влюблённые вовсю целовались на камеры прямо на пороге зала суда. И влюбили в себя всех нас.
Иван и Анжела настоящие рок-звёзды поколения соцсетей, воплотившие первозданную рок-н-ролльную идею: жить мечтой, жить опасно и, если надо, умереть молодыми. Они плюнули на классическое «choose your future» — карьеру, ипотеку и скучную стабильность — и стали руферами. Променяли расписанное будущее на дурацкую адреналиновую страсть лазить по крышам планеты.
И вчера у них случился личный Вудсток, по масштабу внимания и ощущению момента. Тогда Джими Хендрикс превратил музыку в протест на сцене, исполнив гимн США визжащей гитарой. Кстати, именно Хендриксу часто приписывают фразу с баннера «Когда власть любви превзойдёт любовь к власти, мир узнает покой». Так что параллель получилась почти символической.
Ещё это был акт современного искусства, сбежавшего из строгих галерей в наши соцсети, идеально попав в нерв алгоритмов. Марина Абрамович когда-то резала себя в музее на глазах у публики и вошла в историю. Анжела и Иван рисковали жизнью на шпиле небоскрёба ради эстетического манифеста о любви. Жанр тот же, просто сейчас галерея — весь мир, скроллящий соцсети.
Возможно, главным произведением искусства здесь стали не только баннер и предложение руки. Произведением стала и сама цепочка распространения: вертолёт, смартфон, алгоритмы, миллионы экранов. Перформанс существовал не столько на шпиле Эмпайр-стейт-билдинг, сколько в наших лентах. Именно там он стал законченным произведением.
Можно ли это назвать коммерцией и хайпом ради охватов и больших контрактов? Безусловно. Но разве одно исключает другое?
Джон Леннон и Йоко Оно провели медовый месяц в постели отеля под плакатами «Bed Peace», созвав туда толпу репортёров. Когда Леннона обвинили в самопиаре, он и не думал отпираться: «Мы продаём наш продукт, который называем „мир”. А чтобы продать продукт, нужен какой-то трюк, вот мы и выбрали кровать». Просто Леннон рекламировал мир, а не стиральный порошок. Иван с Анжелой сделали то же самое, но вместо кровати выбрали шпиль небоскрёба.
Так получилось, что внимание стало самой дорогой валютой нашего времени. И чаще всего его покупают скандалами, страхом и ненавистью. Иван с Анжелой купили его эстетикой и бунтом.
Если уж в эпоху фейков и тревожных лент кому-то и отдавать своё внимание, то пусть это будут двое безумцев, которые полезли на небо ради любви.
