Предиктор | Закон Одного

72.7 Ра: Закон Замешательства, или Свободы Воли, абсолютно первостепенен в функционировании бесконечного творения.

[...]

...те, чьи желания поверхностны или преходящи, испытают лишь эфемерные конфигурации того, что может быть названо магическими обстоятельствами.

23.2 Вопрос: Вы указали вчера, что вы появились в небесах над Египтом в то время [~18 000 лет назад]. Могли ли египетские сущности видеть вас у себя в небе?

Ра: Я – Ра. Это так.

23.3 Вопрос: Что именно они видели, и как это отразилось на их отношении?

Ра: Я – Ра. Они видели то, что вы бы описали как судно формы колокола, движимое кристаллами.

Это на них не повлияло из-за их твердого убеждения, что много чудесных вещей происходят как нормальная часть мира, как вы бы его назвали, в котором многие, многие божества обладают мощным контролем над сверхъестественными событиями.

23.5 Вопрос: Не могли бы вы сказать, какая причина у вас была для того, чтобы быть видимыми им? 

Ра: Я – Ра. Мы позволили видимость, потому что это не имело никакого значения

93.20 Ра: Все, что вы воспринимаете, выглядит так, как будто оно воспринимается сознательно. Это предположение неверно. Все, что вы воспринимаете, воспринимается бессознательно как катализатор. К тому, скажем так, моменту, когда ум начинает оценивать катализатор, этот катализатор уже был профильтрован сквозь покров, и в некоторых случаях многое завуалировано даже в самом ясном, как это выглядит, восприятии.

72.33 Ра: Я – Ра. Магическая способность – это способность осознанно использовать так называемое бессознательное.

Ра: В уходе за садом и заботе за окружением заключено немало благословения, ибо, когда это выполняется в любви к творению, то сущности второй плотности — цветы, растения и малые животные — осознаю‌т это служение и возвращают его. — 95.11

Я пишу не от себя и не могу вносить изменений до тех пор, пока на это не укажет единственный Голос, которому я доверяю полностью.

Господь — это неизменное и невыразимое первоверховное стремление, это — духотворящая власть, действующая во всех душах, не умолкающая даже в глубине демонических монад и направляющая миры и миры, от микробрамфатур до сверхгалактик, к чему-то более совершенному, чем добро, и более высокому, чем блаженство. Чем выше ступень каждого Я, тем полнее совпадает его воля с творческой волей Господней. И когда оно, начав свой космический путь с простейших форм живой материи, минует ступени человека, демиурга народов, демиурга планет и звёзд, демиурга галактики, оно через Бога-Сына — погрузится в Отца и воля его полностью совпадет с Отчею волею, сила — с Отчею силой, образ — с Отчим образом и творчество — с Отчим творчеством.

Но Господь творит из Себя. Всем истекающим из Его глубины монадам неотъемлемо присущи свойства этой глубины, в том числе абсолютная свобода. Таким образом, божественное творчество само ограничивает Творца, оно определяет Его могущество той чертой, за которой лежат свободы и могущества Его творений. Но свобода потому и свобода, что она заключает возможность различных выборов. И в бытии многих монад она определилась их отрицательным выбором, их утверждением только себя, их богоотступничеством. Отсюда то, что мы называем злом мира, отсюда страдание, отсюда жестокосердные законы и отсюда же то, что эти зло и страдание могут быть преодолены. Законы оберегают мир от превращения в хаос. Сами демоны вынуждены считаться с ними, дабы миры не распались в пыль. Поэтому они не опрокидывают законов, но утяжеляют их. Законы слепы. И просветлены они могут быть не во мгновение ока, не чудом, не внешним вмешательством Божества, но длительнейшим космическим путём изживания богоотступническими монадами их злой воли.

У Бога всеобъемлющая любовь и неиссякающее творчество слиты в одно. Всё живое, и человек в том числе, приближается к Богу через три божественных свойства, врождённых ему: свободу, любовь и Бого-сотворчество. Бого-сотворчество — цель, любовь — путь, свобода — условие.

Демонические монады свободны, как и все, но их любовь глубоко ущербна. У них она направлена исключительно внутрь: демон любит только себя. И оттого, что весь могучий запас любви, в духе его пребывающий, сосредоточен на этом одном, демон любит себя с такою великой силой, с какою любить себя не способен ни один человек. Не может быть утрачена демоническими монадами и способность к творчеству.

Но Бого-сотворчество не вызывает у них ничего, кроме предельной враждебности. Каждый демон творит только ради себя и во имя своё.

Творчество человека превращается в Бого-сотворчество с той минуты и в той мере, в какой его непреодолимый творческий импульс направляется усилием его воли и веры не на достижение тех или иных эгоистических целей — славы, удовольствия, материального успеха, служения жестоким и низменным учениям, — но на служение Богу любви.

Именно три слова — свобода, любовь и Бого-сотворчество — определяют отношение Розы Мира к искусству, науке, воспитанию, браку, семье, природе и даже к таким, всеми религиями пренебрегавшимся элементам жизни, как её благоустройство и благолепие.

Большего счастья, чем полное раскрытие внутреннего зрения, слуха и глубинной памяти, на Земле нет.

Учение Розы Мира указывает на абсолютную ценность личности, на её божественное первородство: право на освобождение от гнёта бедности, от гнёта агрессивных обществ, на благополучие, на все виды свободного творчества и на обнародование этого творчества, на религиозные искания, на красоту. Право человека на обеспеченное существование и пользование благами цивилизации есть такое врождённое ему право, которое само по себе не требует отказа ни от свободы, ни от духовности. Уверять, будто бы здесь заключена какая-то роковая дилемма, что ради достижения всего только естественных, само собой разумеющихся благ надо жертвовать личной духовной и социальной свободой, — это значит вводить людей в обман.