Сочинение на тему...
Глава 1. Главное желание
Глава 2. Самый счастливый на планете
Глава 3. Папин бродяга
...Мы почему-то пошли с ним через гаражи, а не через центральный выход. Я не видел, что бабушка заметила нас и пыталась открыть окно. Наверное, она была тогда жутко зла и напугана и тоже не поняла, что я пошёл с папой, а не с незнакомцем. Я глядел на папу снизу вверх и чувствовал себя самым счастливым на планете.
Тот день я запомнил навсегда. Мы с папой были в таких местах, куда ни мама, ни бабушка ни за какие миллионы тысяч долларов не отвели бы меня.
Сначала мы зашли на рынок. Раньше там я был с бабушкой и чаще всего просто за ней плёлся, иногда примеряя на себя то штаны, то футболки. И иногда она что-то мне покупала, если я слёзно просил. Так я как-то получил футболку с Бекхэмом.
С папой же мы либо с кем-то здоровались, либо от кого-то прятались. Это было похоже на игру «Казаки-разбойники», где отец был не самым слабым игроком. Шкерились мы от дяденек в милицейской форме. Папа только и успевал говорить: "Палево!" или "МусорА!", и мы уже прятались в лавке с одеждой. Я в свою очередь, не понимая значения последнего слова, искал глазами мусор. Странные кодовые слова, и о них я обязательно расскажу своим друзьям во дворе.
Потом мы прибежали к какой-то кафешке со странным названием «Надежда». Возможно, это кафе моей бабушки, поэтому папу угостили в долг, а не бесплатно. Бабушку, кстати, зовут бабя Надя. Папа накормил меня большим жирным пирожком с ливером, которые я терпеть не могу. Отца я обидеть не хотел, поэтому через силу и слёзы всё-таки съел пирожок, запивая сладким горячим чаем.
Потом мы пришли на заброшенную стоянку, где были старые, никому не нужные машины. У них даже сидений не было. Папа тогда разрешил мне посидеть в одной машине, пока сам что-то искал. Я с радостью представлял, как я лечу навстречу приключениям, рядом сидела папа, а мама и бабушка — сзади. Нам было хорошо.
На стоянке мы долго не задержались, потому что папа быстро нашёл то, что искал. Он велел шагать за ним и не отставать. Я пытался и иногда шёл вприпрыжку. Всё, что я перед собой видел, так это папины пятки и страшные дома. Мы вообще внезапно оказались в очень мрачном месте, от которого мне стало не по себе.
— Пап, мы куда вообще идём?
— Я же обещал тебе рассказать, где я был, — без оглядки ответил он. — Так вот, сынок, я тебе лучше покажу.
Как я уже сказал, место было мрачным. С одной стороны от меня стоял заваленный дом. Окна в нём были выбиты, а дверей вообще не было. Наверное, хозяев ограбили, а они от страха собрались и уехали. Снесён был даже деревянный забор, когда-то охранявший дом. Рядом с домом была пустая собачья будка. Она тоже еле держалась и вот-вот должна была рухнуть.
С другой стороны от меня был дом чуть получше, но тоже совсем уставший. Мне хотелось его обнять, чтобы ему стало лучше. Бабушка говорила, что у каждого дома есть душа, а из этих двух – всю её высосали. Мне было тут очень плохо и я хотел плакать. Меня не успокаивало даже присутствие папы. Я даже, наоборот, стал его побаиваться.
Вокруг была помойка и я разглядел мёртвую кошку, от чего меня передёрнуло. У неё не было глазок, а пасть была распахнута, словно она ловила добычу.
— Пап, давай тут не будем ходить? Мне страшно.
— Страшно? Да это ж дом мой. Там внутри хорошо, — соврал он.
Внутри было хорошо, наверное, только тараканам и крысам. В доме оказались ещё люди. Они валялись на полу, спали за столом и лишь одна женщина смотрела в грязное окно, поджав колени.
— Эй! — крикнул папа. — Я сына привёл, а вы тут разлеглись, как мухи туалетные.
Никто толком на его слова не отреагировал. Потом он обратился к женщине:
— Я же просил навести марафет, Галя. А чё-то стало ещё хуже, — он обернулся вокруг себя. — Рыжий вообще уже скоро откатит. Его трясёт, как центрифугу.
— Мне вообще фиолетово, что ты там просил. Принёс?
— Принёс, конечно. Чё ты так со мной дерзко говоришь, слышь? В себя поверила? Забыл кто тебе свет в будку провёл?
У меня тогда в голове вообще всё смешалось. Перед мной была грязная женщина, но папа ей зачем-то проводил свет в будке. Видимо, это её конура рядом с повалившимся домом.
— Потом поговорим, — зыркнула на меня тётенька. — Этот папин бродяга надолго?
— Да верну скоро. А то меня его мать с тёщей порвут. Нам эти проблемы не нужны же?
— Ну.
— И я такого же мнения, — кивнул папа тёте, а потом обратился ко мне. — Садись, Гришаня. Добро пожаловать в мой дом! Не так уютно, как у тебя, но ты же хотел всё узнать.
Мне, если честно, хотелось только бежать из этого мрака. Садится там было некуда. Я боялся заразиться от этого места, людей и вещей всеми болезнями, став таким же ужасным и мерзким.
— А где туалет? — спросил я, придумав план.
— Во двор выйдешь и там ведро, — ответила тётя. — В него не ссы, там уже всё протухло, а в кусты – можно.
Я вышел из дома и, несмотря на дикое желание писать, побежал к своим маме и бабушке, совершенно не понимая куда. Я почувствовал, как мои трусы и шорты потеплели. Бабушка говорила, что писаться — это плохо, но мне впервые хотелось сделать хоть что-то плохое.
Пробежав, как мне казалось, очень много, я услышал шумное дыхание сзади. Это был папа, лицо которого уже не казалось добрым. Он был зол, а я – напуган больше, чем от дядьки с какашкой на голове перед передачей «Поле чудес».
— Гриша, а ну стоять! — скомандовал он, как будто я был его конём.
Я запнулся и упал, ударившись о землю. На коленях и локтях появилась кровь. Это был худший момент в моей жизни.
36
32
30
20
8
1
1August 25, 2026 157 42 3
