В начале первого семинара Жак Лакан кратко даёт замечание о множестве психологических подходов. На что направлены их теоретические изыскания? Сперва он явно намекает, что классическая психология делает акцент на одном единственном объекте – пациенте, в то время как психоаналитики после Фрейда строят "two-bodies psychlology". Здесь речь идёт прежде всего об англо-американской версии психоанализа, где огромную роль приобрели концепция контрпереноса и рассуждения о коммуникации аналитика и клиента. Лакан же отмечает, что психоанализ по замыслу основателя – это всё-таки тройственная структура. Он добавляет: "можно поставить акцент на любое из трех диадических отношений, установившихся внутри триады". Лакан не развивает эту мысль, но я уверен, что у всех пси волей-неволей этот акцент появляется. Сам собой или в силу теоретических и этических выборов. Что же является необходимым третьим элементом в психоанализе, помимо аналитика и анализанта? Это собственно границы этики и техники, или сеттинг в целом, если говорить современным языком. Таким образом, даже в рамках "единой" психоаналитической ориентации мы можем угадать контуры трёх совершенно разных типажей. Пси, делающий акцент на отношения между аналитиком и анализантом. Пси, сосредоточенный на соотношении себя/аналитика и сеттинга. И пси, нацеленный на взаимодействие клиентов с сеттингом. Об этом хорошо могут рассказать сами анализанты, по крайней мере, те, что различают более тёплых (коммуникативных, эмпатичных и порой навязчивых) и ощутимо холодных (строгих, молчаливых, отстраненных) терапевтов. Да, нечто подобное может быть лишь кажимостью, возникшей от запуска личного фантазма, но может и свидетельствовать о том самом акценте, который сформировался у пси-специалиста. Вряд ли можно избежать банальности, что хорошо бы уделять внимание всем трём отношениям в динамике. Хорошо бы, но это сложно, аналитик тоже человек, он тоже опирается на сознание, а его ресурсы ограничены. Сознание так устроено, что почти на автомате упрощает любую сложную схему до более экономной и простой. Так собственно триада и деградирует до "привычной пары". В какой-то степени аналитик вынужден довериться своему опыту: главным образом опыту своего личного анализа. Именно изменения в этом опыте позволяют лучше схватывать ту самую триадичность психоанализа. Однако иногда приложить осознанные усилия тоже надо, особенно в начале работы, когда аналитик только-только осваивает коллизии пребывания в кабинете не в роли анализанта. И здесь на мой взгляд стоит выбрать самое сложное и самое странное направление – тот акцент, в котором здравый смысл чует нечто несуразное, аутистское, искусственное. Это акцент на отношение аналитика с сеттингом. Да, оставить за кадром всю уникальность пришедшего к вам клиента и сосредоточиться на границах ДЛЯ ВАС. В конечном счете это и есть акт принятия кастрации. И акт веры – в выбранный сеттинг. Не бежать в сторону коммуникации, но постараться побыть аналитиком, который выдерживает сеттинг. Или даже точнее: не просто выдерживает (это будет только мысль), а ощущает его присутствие как весьма весомое, плотное. Мне кажется, именно так сам сеттинг сделает свою работу: "очистит" личность до субъекта (желания), укажет на точки разреза и остановки, даст нужный материал анализанту. Ведь анализ делает не аналитик, но он и не сводится к контроллеру (иначе это акцент на отношение клиента с сеттингом). Позиция психоаналитика поистине парадоксальна - он место встречи троих: свободной речи (анализанта), тренированного уха (аналитика) и специфических границ (сеттинга). И при этом психоаналитичным в таком ориентире является вовсе не ответ или вердикт, а вопрос. Поддерживая свой вопрос (что происходит в отношении меня и сеттинга?), я думаю, лучше получится держать в поле зрения два других важных вопроса: что между мной и анализантом (какой Другой/какой объект?), а также что между анализантом и сеттингом (что высвечивает его встреча с границами?). Без формы вопроса любые соображения очень скоро забывают об этике и эволюционируют в "липовые гарантии", которые (якобы) даёт знание теории.
4
1
