Начало здесь.
Именно взаимная выгодность сделки обусловила её долголетие: нефтедолларовые соглашения почти без изменений действуют на протяжении полувека.
По сути, на смену франко-британской колониальной системе пришла американская неоколониальная, в которой главным инструментом влияния стали не ракеты и авианосцы (хотя и они, безусловно, тоже), а гарантированный наличием этих ракет и авианосцев нефтедоллар.
И тут случилась война с Ираном.
Задумывалась она американцами как операция по закреплению своего контроля над Ближним востоком и его ресурсами. Для чего планировалось показательно наказать и подчинить Иран, который вел свою игру, выстраивая отношения с Китаем и РФ.
Однако, на данный момент, результат войны оказался практически противоположным и уже породил прогнозы, что он станет началом конца мировой гегемонии США, подобно тому как Суэцкий кризис 1956 обозначил падение Франции и Британии с пьедестала великих держав и привел к падению их влияния на Ближнем востоке.
Прежде всего, в ходе нынешней войны дискредитированной оказалась сама концепция США как гаранта мира и стабильности в Персидском заливе. Наоборот: начав атаку против Ирана, США собственными руками создали условия, в которых их арабские союзники понесли немалый ущерб, а сами американцы показали полную неспособность этот ущерб предотвратить. Однако с этим, возможно, монархии Заливасмирились бы, если б война завершилась безоговорочной победой США, однако этого не произошло.
По сути, американцы достигли даже меньшего, чем Франция и Великобритания во время Суэцкого кризиса, ведь Штаты так и не смогли разгромить Иран на поле боя.
Ну а Иран не просто сохранил (по крайней мере, пока) статус-кво, но и получил вещи, о которых не мог даже мечтать до начала войны. А именно – фактический контроль над Ормузским проливом, одной из ключевых артерий глобальной экономики.
Причем Иран хочет этот контроль сохранить и после войны, о чем указал в своем плане из 10 пунктов. В этом же плане - и снятие всех санкций с Ирана, вывод американских баз из региона, выплата американцами репараций, согласие на ядерную программу Ирана.
Вашингтон дает противоречивые комментарии по поводу этих требований. С одной стороны, соглашаясь обсуждать совместный контроль над Ормузом и снятие санкций, с другой стороны, выступая против ядерной программы и вывода войск.
Однако даже если по итогу никакого соглашения заключено не будет и ситуация зависнет в нынешнем положении, Иран все равно будет выглядеть победителем (получил контроль над Ормузом), а США - проигравшими, так как фактически отдали в руки своему противнику регулирование торговли в одной из важнейших артерий мировой экономики.
И, если именно так все и закончится, последствия будут глобальными: американское влияние на Ближнем Востоке оказывается под большим вопросом впервые за долгие десятилетия. Зато увеличится влияние Ирана и его союзников - России и Китая. Причем как раз эти страны сейчас продвигают курс на дедолларизацию мировой экономики. И с их стороны будет вполне логично воспользоваться ситуацией для того, чтобы выбить из-под нефтедоллара аравийскую подпорку – до недавнего времени наиболее прочную из всех. Не случайно в США уже заговорили об угрозе замены «нефтедоллара» на «нефтеюань».
Естественно, изменение эти произойдут не в один момент. Мировым процессам свойственна инерция. Однако вектор запущенных процессов вполне очевиден и действительно может стать началом конца глобального доминирования США. И, как минимум, поломает стратегическую линию нынешней американской администрации на сохранение своего доминирования силовым путем.
И именно с учетом подобных последствий с уверенностью говорить о том, что война в Персидском заливе окончательно завершена пока нельзя. Вполне возможно, что США, взяв паузу, все ж таки попытаются довести до конца свой изначальный замысел и вновь атакуют Иран. Такие прогнозы появляются все чаще. Ведь ставки в геополитически игре крайне велики.
Подробнее о сценариях развития событий по войне в Иране мы писали здесь и здесь.
