Недавняя работа Франсуа Озона, фильм «Посторонний» стала приятной новинкой в мире кино. Взяв за основу канонический одноименный роман Альбера Камю, режиссёр смог с пугающей точностью передать пустоту главного героя, которая не убивает его, а живёт вместе с ним.
Черно-белый кадр, урбанистика против внутреннего замирания, глобальнее — безропотность перед Бытием. Физика кадра подчёркивает эту статику: Мерсо бесконечно курит, пьёт кофе и существует в пространстве так, словно его там нет. Он не различает значимости событий, не видит необходимости в слезах или радости, вере и надежде, и «случайно» совершает убийство араба под палящим солнцем. Он проживает жизнь практически безучастно, что либо завораживает окружающих, либо вызывает ненависть на суде.
На любые вопросы у него всегда готовы лаконичные, пустые ответы: «не знаю», «это не имеет значения». Точно так же, почти механически, он проживал и похороны собственной матери. Как он сам говорил, чувствовал только сильную усталость. Герой меняется и становится эмоциональным только во время осознания близкой казни, в тёмной и неуютной тюремной камере, перед священником, который только раздражает рассказами о Боге и загробной жизни.
«Какая разница, кого я там убил, если казнят меня за то, что я не лил слёз на похоронах матери?»
Выводит Мерсо из себя только абсурдность мира, абсурдность, отражением которой он всецело является сам. Мерсо выбирает не играть. Он выбирает созерцать жизнь безропотно, из глубины своего внутреннего замирания.
И в мире, где каждый шаг вынужден, эта его безучастность выглядит как единственная честная позиция.
Просмотр фильма опустошает, по-хорошему. Словно вытряхивает из головы предрассудки и страхи, чтобы оставить зрителя перед настоящим собой.
