ЗАЕЖЕННАЯ ПЛАСТИНКА Недавно я был в Мастерской Петра Фоменко на спектакле «Село Степанчиково и его обитатели». Постановка гротескная, местами почти карикатурная, но, наблюдая за героями, я вдруг поймал себя на мысли, что каждый из них живет внутри какого-то собственного безумия.
Один отчаянно ищет почитания и готов добиваться его любыми способами. Другой мучительно переживает из-за своей фамилии. Третий одержим деньгами. И что любопытно, несмотря на все усилия, никто из них не становится по-настоящему удовлетворенным.
И я подумал о том, как часто в терапии происходит нечто похожее.
Если достаточно долго разговаривать с человеком, постепенно становится заметно, что за самыми разными событиями и декорациями снова и снова появляется одна и та же тема. Меняются города, партнеры, работы, обстоятельства, но переживание остается удивительно знакомым. Как будто одна и та же пластинка продолжает играть, только каждый раз в новом интерьере.
Кому-то снова и снова необходимо признание. Кому-то важно чувствовать свою нужность. Кто-то бесконечно ищет безопасность, любовь или право быть собой. И порой дело даже не в том, что человек этого не получает. Иногда он получает желаемое, но не может присвоить. Словно внутри существует настолько глубокий дефицит, что никакого количества признания уже не хватает.
А бывает иначе. Мы продолжаем искать то, чего в принципе невозможно получить именно в этом месте. Ждем принятия от родителей, которые никогда не умели принимать. Добиваемся любви от людей, неспособных любить. Надеемся, что отвергающий партнер однажды станет тем самым человеком, которого нам так не хватало.
Иногда же желание оказывается настолько привычно не замечать, что оно вообще исчезает из поля зрения. Мы заняты чужими ожиданиями, бесконечными задачами, тревогами, новостями, планами, и собственная потребность становится лишь едва различимым фоном, который продолжает влиять на жизнь, даже если мы его почти не слышим.
Наверное, именно здесь и начинается терапия. Не с поиска правильного ответа и не с совета, что делать дальше, а с постепенного узнавания себя. С возможности заметить собственное желание, увидеть привычный способ его получать и, что, пожалуй, самое непростое, обнаружить, каким образом я сам снова и снова участвую в том, чтобы это желание оставалось неудовлетворенным.
Это довольно печальное открытие. Но одновременно и очень освобождающее.
Потому что пока пластинка играет сама собой, кажется, что изменить ничего нельзя. Но если однажды удается увидеть иглу, которая снова и снова попадает в одну и ту же дорожку, появляется шанс осторожно поднять ее и услышать, что на другой стороне пластинки тоже есть музыка.
Обнимаю вас, нежно и решительно 🌓 Макс Третьяков
