Стася Барто

— Знаешь, сложно спать, когда тебе приходится гнать на скорости за двести, — огрызнулся Меркуцио, поворачивая, — знаешь, закажи мне еду.

— Ты там охренел!? — от такой наглости пилота, Алекс на секунду потерял дар речи, — может тебе еще массаж пяток сделать? — голос инженера тонул в реве двигателя, шуме шин и вибрации, от которой снова начиналась тошнота. Мекко казалось, что он едет по гравию или кочкам, а не по идеально ровному асфальтовому покрытию.

— Было бы славно, — поддержал Корсини, — они после этих ботинок нуждаются в чьей-то заботе.

— Старк, слушаю, — голос у Тони уставший.

— Это Тото Вольфф, — ответил он, потирая переносицу, — слушай… ты был с пацаном на яхте…

— Что натворил Питер!? — тут же спросил Старк. Тон стал строже, грубее. Питер явно имел проблемы с доверием наставника и уже попадался на каких-то косяках. Это настораживало Тото, потому что проблем на гран-при ему хватает выше крыше.