Математика жизни
Мем такой есть: «Я – гуманитарий». Так вот, я – гуманитарий. С математикой у меня были дурные отношения с детства. Я вяло запоминала и резво забывала таблицу умножения, по наитию расписывала какие-то уравнения, а в старших классах мое математическое развитие достигло полной стагнации. Я до сих пор не могу понять, почему на ноль делить нельзя… И не объясняйте мне! Я знаю, что нельзя, но мне почему-то кажется, что иногда можно.
Так вот, моей учительницей математики и классным руководителем на четвертом году обучения в школе стала Валентина Федоровна К. Статная, кареглазая, с темными пышными локонами… Ей тогда было около пятидесяти лет. Нет сомнения, что Валентина Федоровна сразу же разглядела мою математическую непригодность, но надо отдать должное, она тут же обнаружила мой талант в другой области: я была мастером по рисованию стенгазет и прочей самодеятельности, которую снабжала стихами своего сочинения. И сложился своего рода бартер: когда класс на разных смотрах занимал почетные места, я получала по математике хорошие отметки.
Валентина Федоровна, будучи в молодости комсоргом, и в зрелом возрасте любила поговорить на нравственные темы и порассуждать о жизненных коллизиях. Обычно это происходило на классном часе. Редко, но бывало, что Валентина Федоровна отвлекалась на посторонние темы и во время урока. Помню, произвел на меня впечатление ее рассказ о незадачливой любви. Внесу поправку: ее любви. Выглядело это краткое повествование по случаю перехваченной и обнародованной физруком чьей-то любовной записки примерно так:
– Знаете, дети, когда мне было столько же лет, сколько вам сейчас, нравился мне один мальчик, живший по соседству. Точнее, влюблена я в него была. И мне все хотелось как-то намекнуть ему об этом, сказать о своих чувствах. Но я не решилась. А после школы он уехал учиться. Женился, родил детей. Я тоже вышла замуж за военного, родила детей и долгое время сопровождала мужа по разным гарнизонам. И вот лет семь назад, когда наша семья обосновалась в родном городе, встретила я свою первую любовь на скамеечке перед домом. Он внука в коляске качал. Дело прошлое, я ему и скажи: «А знаете ли Вы, что в детстве я Вас очень любила?» Он чуть не заплакал и ответил, что тоже любил меня, но боялся и близко подойти: такая я ему казалась недосягаемая. Так вот, дети… Спешите выражать свои искренние чувства, пока молоды. Не откладывайте ничего на потом. Жизнь быстро заканчивается.
Вряд ли кто-то тогда в классе задумался о проблеме бытия: все зашушукались, радуясь передышке во время математических этюдов, и только я одна спросила учительницу:
– А что дальше было с Вашей любовью?
И Валентина Федоровна ответила:
– Ничего. Жизнь прошла.
Следует добавить, почему я тогда впечатлилась рассказом: с третьего класса нравился мне мальчик маминой подруги, который иногда приходил ко мне помогать решать задачи по математике, непосильные для моего ума.
В седьмом классе родители перевели меня в другую школу, где уровень моих математических знаний стал явным. С двойки на тройку я сумела доковылять до послереформенного десятого класса, но получила глубокое заверение от администрации и учителя математики, что в одиннадцатом выпускной экзамен не сдам.
В раздумьях о том, забирать ли мне документы или пропадать для общества, теряя еще один год, я брела по проспекту, глядя под ноги.
Кто-то дотронулся до моей руки...
#Общество
9
2September 4, 2026 581 1 2
