Не так давно мы с вами заглядывали в окошки и вторым по кол-ву…

🪟 Не так давно мы с вами заглядывали в окошки и вторым по кол-ву голосов было окошко №2, поэтому сегодня принёс вам его историю Экспедиция на дальний край дивана За вторым окошком в тот вечер собирались в экспедицию. Мох стоял на табурете и придерживал карту. Шорох разглаживал нижний угол, который всё время сворачивался и прятал половину реки. Карту нашли за шкафом. На ней были горы, несколько лесов и оранжевое солнце. Кто её нарисовал, они не знали, но Шороху понравилось, что почти везде можно было пройти вдоль воды. Он уже третий раз показывал дорогу к перевалу, когда Мох посмотрел в окно. — Мы, конечно, можем пойти сегодня. Только мой листок от дождя повиснет, и всю дорогу ты будешь спрашивать, не грустно ли мне. Шорох тоже посмотрел на дождь. Потом — на рюкзак, который достал ещё утром и поставил у двери. — Я уже всё собрался собирать, — сказал он. — Если сейчас уберу рюкзак обратно, он опять пролежит до весны. Мох немного подумал. — Тогда давай устроим экспедицию по квартире. Только честно: пойдём там, где обычно не ходим, и под столом не будем срезать. Шорох снял карту со стены. Припасы раскладывали на круглом столе. Мох завернул в полосатую салфетку три печенья. Рядом положил ложку — маленькую, с погнутой ручкой: ею было удобнее всего выскребать варенье со дна банки. Шорох тем временем пытался убрать в рюкзак чайник. Тот застрял, не дойдя до середины. — Ты его боком попробуй, — посоветовал Мох. — Хотя нет, погоди. Потом ведь придётся доставать, а я не хочу пить чай из рюкзака. Они вынули чайник и поставили на стол. — Донесу отдельно, — решил Шорох. — Ты только на переправе меня не торопи. С ним далеко не прыгнешь. Реку устроили из голубого шарфа. Он огибал ножку стола и терялся возле дивана. Поперёк положили линейку. Мох дошёл до середины и остановился, прижимая к себе салфетку. — Подожди, у меня печенье выскальзывает. Если я сейчас наклонюсь его поправить, придётся спасать сразу нас обоих. Шорох поставил чайник, присел возле линейки и протянул руку. За его ладонь было удобно держаться: большая, тёплая, с шерстью между пальцами. На другом берегу салфетку развернули. Одно печенье оказалось сломано. — Кажется, я его слишком крепко берёг, — сказал Мох, собирая половинки. — Давай это сейчас съедим, пока я остальные не спас таким же образом. Потом пробирались между стульями. Под самым дальним нашли карандаш, две пуговицы и Шорохов тапок. Шорох обрадовался тапку больше, чем полагалось исследователю. Сразу надел его и несколько раз прошёлся вокруг стула. Мох терпеливо подождал. К дивану подошли, когда за окном совсем стемнело. Шорох сходил на кухню за кипятком. Мох расправил плед, поставил чашки и выбрал себе место с краю. Отсюда голубая река была видна почти целиком. За ней поднимались ножки стульев, а листья растения заслоняли половину окна. Шорох вернулся, налил чай и сел рядом. — Я всё думаю, куда ты меня привёл. Мы здесь каждый вечер сидим, а я только сейчас заметил, что отсюда лампу видно между листьями. Мох подвинулся, освобождая ему ещё немного пледа. — Потому что ты обычно сразу ложишься. Оттуда тебе только потолок видно. Некоторое время они пили чай. Потом Шорох взял найденный карандаш и дорисовал внизу карты маленький диван. Рядом поместился чайник, а для тапка пришлось немного подвинуть лес. Последнее печенье лежало на столе. — Завтра можно до кресла сходить, — сказал Мох. Шорох кивнул и подтянул плед, чтобы укрыть обоих. За окном всё ещё шёл дождь. 🐸