Игорь Николаевич Данилевский любил повторять, что отличие университета от школы всего в двух буквах: в школе учат, а в университете учатся. Разница формально незначительная, но в действительности очень существенная, точно маркирующая перенос ответственности за результаты, которая в школе преимущественно на учителях, а в университете на студентах. И вот эту очень принципиальную разницу последние несколько лет активно пытаются похерить, перенося в университет явно школьные практики: интерактивность, геймификацию и т.д. Как часто у нас бывает, проблема не столько в самих практиках, сколько в тех установках, которыми сам этот трансфер мотивирован. А установка следующая: мы признаем, что если учиться не интересно, то это наша проблема, потому что неправильно учим. И вот мы уже оказались в школьном классе, а не университетской аудитории. Давайте играть, петь песенки, рассказывать историю при помощи мемов и рилсов и проч. (что там еще светочи поп-методики предлагают?). Университет вообще-то всегда был про другое: задать высокую академическую планку, до которой нужно дорасти, а не опустить ее так, чтобы каждый осилил. Дальше можно спорить, на какой именно высоте она должна находиться и как именно помогать тем, кто явно хочет и может до нее подняться, но было понимание, что существуют какие-то рамки, за которые выходить нельзя, какие форматы явно не университетские. И вот это понимание как-то явно размывается. Не интересно – заинтересуйся. Не можешь сфокусироваться – ликвидируй все, что мешает. Да и вообще неплохо бы привыкнуть к мысли, что подобное искусственное стимулирование интереса и адаптация всего и вся под вкусы и запросы «клиента» не очень свойственна взрослой жизни, которая очень редко под нас подстраивается, так что рецепция образовательной системой принципа «чего изволите» на всех уровнях – идея дурная. Где-то она уже должна явить резистентность, иначе помрет. Школа, кажется, уже померла. Университеты на очереди.
P.S. Мне известны примерно все возражения: от акцентирования эффективности отдельных практик до позиции, что адаптация может быть взаимной и потому продуктивной, а без адаптивности ни одна система не выживает. Это всё чистая правда, но при условии, что практики инкорпорируются избирательно, а система, демонстрируя гибкость и адаптивность, сохраняет базовые ценностные установки. Но вот как раз этого и не происходит: меняются именно что базовые установки, а вместе с ними происходит инфантилизация всей системы. И это очень плохо.
