Софья Самокиш | Дневник писателя

Я спускаюсь с веранды нашего корпуса, просто светясь от радости и удовлетворения. Ещё бы! Кристина только что научила нас красивейшему, но очень сложному узору из шести разноцветных ниток.

Ещё на первом занятии, раздавая мулине, вожатая сказала, что по традиции фенечки собственного плетения не носят.

Я дарила свои плетения всего дважды. Но сейчас смотрю на сегодняшнюю красоту и думаю: нет, эту не отдам ни за что!

Новая фенечка действует на детей, как зелёный свет на пешеходов. Каждый, кто подходит ко мне — а их вдруг становится так много! — восхищается моим прибавлением в фенечковом семействе и клянчит браслет себе в подарок. Но я всем категорически отказываю.

Тем удивительнее то, что происходит через несколько часов. После сон-часа, я иду через центральную поляну к домикам наших мальчиков, и вдруг встречаю Лёшу — того самого Лёшу Голубева, по которому сохнут в этом году все девочки в романтичном возрасте «от четырнадцати и младше».

Он заговаривает со мной о какой-то ерунде. Я удивлена его внезапным вниманием: раньше мы почти не общались, а тут сам подошёл, да ещё и разговор завёл. Я о чём-то шучу, парень смеётся, и вдруг на глаза ему попадается моя новая гениальная фенечка.

— О, какая красивая! — восклицает Лёша, с искренним восхищением рассматривая артефакт. — Подари мне, пожалуйста!

И тут я — именно я — легко вздыхаю, словно расправляю крылья, развязываю «радугу» и протягиваю её мальчику без малейшего колебания:

— Держи, дарю!

Он расплывается в довольной улыбке и сияет, как начищенный сапог, пока я завязываю подарок у него на руке. Потом мы ещё о чём-то болтаем, и вот он мчится куда-то дальше, унося мою радугу с собой.

Глядя вслед Лёше, я пытаюсь понять, почему так поступила. Объяснение лежит на поверхности. Хоть мне не четырнадцать лет и это не моей возрастной категории «ягода», мне всё равно было приятно оказаться в поле его внимания.
«И неужели только из-за этого ты отдала ему фенечку, которую не собиралась отдавать никому?» — не веря такому выводу, спрашиваю я себя.
И тут же отвечаю, на удивление спокойно и равнодушно: «Да, именно так».