Ой блять. Хореограф и участник «Танцев на ТНТ» Сэм Захаров высказался по поводу суицида танцора Таджа Баймурадова, которого несколько дней назад обвинила в изнасиловании бывшая воспитанница.
В его позиции есть здравые моменты, а есть откровенно вредительские. Чуть позже к этому вернёмся, но для начала вспомним факты.
1. Обвинение в адрес Баймурадова прозвучало несколько дней назад — подробное, но с анонимного аккаунта. Это сразу понижает уровень доверия к источнику, хотя очевидно, почему девушки выбирают такой способ. Они боятся травли и злой лавины комментариев, которые неизменно появляются в подобных кейсах.
2. Баймурадов иносказательно признал вину, тем не менее слова «изнасилование» он не произносил. Ещё раз: признания именно в изнасиловании не было, хотя очевидно, что как таковое насилие было.
«Всем, кому я причинил зло, хочется высказаться. Хотел лично извиниться и сказать, что последний год я работаю над собой. Бросил пить, курить. Многое осознаю. Перестал закрываться и убегать от реальности. Я вспомнил, что тебе сделал плохо, переходил эту черту. По-скотски, по-свински поступил. Я буду доказывать дальше, что изменился. Того, что было, больше никогда не будет. Я готов это все принять».
3. Вчера стало известно, что он ушёл из жизни, об этом сообщил его брат и подтвердили его представители.
А вот теперь к посту Захарова.
1. С чем я абсолютно согласна: никакого общественного суда и самосуда быть не должно. Всё должно решаться в правовом поле с доказательной базой. Проходить это публично — болезненно, особенно пострадавшим, но, к сожалению, делать это надо, чтобы добиться справедливого наказания для преступников, кем бы они ни были.
2. С чем я абсолютно и категорически не согласна: с тейком, что довести Баймурадова до самоубийства могли люди, которые оставляли комментарии и высказывали позицию в интернете. Нет, друзья мои. Интернет-травля — это тяжело и больно (поверьте мне, я знаю, что это такое), но ответственность за собственную жизнь лежит на каждом из нас. Ты принимаешь решение подвергнуть насилию другого человека — ты можешь столкнуться с последствиями этого в виде общественной реакции. И с этой общественной реакцией надо учиться справляться.
Под доведение до самоубийства попадают три действия: угрозы, жестокое обращение или систематическое унижение человеческого достоинства, в том числе в интернете.
Могли ли женщины (да и не только женщины), озлобленные многолетним коллективным опытом отсутствия серьёзного отношения к теме сексуализированного насилия, не сговариваясь, начать писать злые оскорбительные вещи Баймурадову? Могли. Считать ли это предварительным сговором? Нет. Считать ли это доведением до самоубийства? Ну, следствие разберётся, если до него дойдёт. Но обвинять в решении мужчины свести счёты с жизнью неограниченное количество женщин, которые не имели над ним никакой власти, — это разве не безосновательно?
Если бы девушке — обвини она танцора в насилии не анонимно — сейчас стали приходить комментарии «вот, ты сгубила человека, надеюсь, ты довольна», то это бы тоже расценивалось Захаровым как самосуд?
3. Вот что я хочу сказать мужчинам, которые сейчас ищут виновных в жертвах и в тех, кто им сочувствует. Вы должны думать, что говорите публично. Вы должны осуждать насилие в любой форме, без всякого блядского дешёвого «но». При этом быть рядом со своими друзьями, которых до этого в чем-то обвинили. Они действительно могли по прошествии лет исправиться, они действительно могут сейчас сожалеть. Ваша задача как друзей — не давать им сделать непоправимый шаг. Мне жаль родных Баймурадова, но перекладывать ответственность за его уход из жизни на тех, кто осудил насилие, считаю манипуляцией (это и к высказываниям его брата относится).
Смерть — это окончательно, это навсегда. Всё остальное можно пережить.
