It's 2:17 right here in Memphis, Tennessee.
Вчера сходила на «Таинственный поезд» Джима Джармуша и теперь много думаю про лиминальные места. Мучительный момент перехода, пространства между. Арнольд ван Геннеп, исследуя обряды перехода, писал о том что лиминальное состояние — это тот момент, в котором человек уже не принадлежит старому статусу, но ещё не вошёл в новый. Выражаясь словами великого трубадура «мне всюду рады, все меня взашей».
У Джармуша полно таких мест. Начиная от их архитектурного non-lieux воплощения — вокзалов, аэропортов, гостиницы где неминуемо оказываются все главные герои повествования, до состояния самих героев: японские туристы путешествуют по Америке и Мемфис для них еще одна точка на карте. Только овдовевшая итальянка Луиза пытается вернуться на родину в Рим с телом своего мужа, но ее рейс отменяют, оставляя на ночь в городе. Болтушка Ди Ди прячется в гостинице от своего парня Джонни, и собирается утром уехать из города. Сам Джонни теряет работу и скитается, пьяный, по опустевшим улицам города с друзьями, в итоге оказываясь все в той же гостинице.
В старом сериале «Светлячок» героиня Саммер Глау, наблюдая за контрабандным стадом коров, констатирует: "They weren't cows inside. They were waiting to be, but they forgot. Now they see sky, and they remember what they are." Мы проматываем ожидание и не запоминаем его — один из японских туристов, Джун, фотографирует гостиничные номера, пытаясь сохранить себя в этом моменте. Оно вызывает у нас тревогу. Мы забываем кто мы такие и ждем момента когда можно снова стать собой, хотя именно в лиминале и кроется неприкрытая ничем уязвимость.
В антропологии лиминальность — это всего лишь стадия перехода, временное состояние, которое неминуемо должно закончиться. Но в жизни, кажется, мы проводим в нём гораздо больше времени, чем готовы признать.
Просто чаще всего стараемся не смотреть на него слишком внимательно.
