Ростовское судейское ОПС обживается в костромской женской колонии
Судья Золотарёва в обнимку с фонарём
Как все мы уже знаем, экс-председатель Ростовского областного суда Золотарёва Елена Анатольевна (1958 г.р., Шахты) прибыла в костромскую женскую колонию в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Костромской области для отбытия основной части своего 15-летнего срока.
Вместе с Золотарёвой в той же колонии будет отбывать свой 13-летний срок ещё одна бабка донского правосудия — экс-заместитель председателя Ростовского областного суда, председатель Совета судей Ростовской области, куратор всех судебных приговоров региона по уголовным делам, 60-летняя Юрова Татьяна Владимировна.
Некоторые мои читатели были справедливо возмущены тем, что последние годы своих жизней главари ростовского судейского ОПС (Золотарёва, Юрова и позднее Коблева) проведут в исправительном заведении, больше похожем на оздоровительный санаторий.
Все так, но не совсем так.
Суицидная бабка
Ещё до того, как председатель Ростовского областного суда Елена Золотарёва приехала в исправительную колонию, местные оперативники изучили предысторию её задержания и уголовного преследования.
В частности, из открытых источников сотрудникам ФКУ ИК-8 УФСИН России по Костромской области стало известно, что 14 июля 2023 года, когда Елена Золотарёва по преступной халатности следствия и суда находилась под домашним арестом в Ростове-на-Дону, последней была предпринята попытка совершения суицида. Судья Золотарёва приняла критическую дозу сильнодействующих сердечных препаратов.
Без сознания судью обнаружил её сын, который не захотел сохранить наследство и приобретённую коррупционным путём собственность и, по глупости, вызвал бригаду скорой помощи, чем спас жизнь самоубийце.
Золотарёва была доставлена в реанимацию токсикологического отделения городской БСМП с остановкой сердца. Вероятно, не знавшие, кого они спасают, медики качественно сделали свою работу. В тот же день самоубийца пришла в сознание.
Чтобы там ни рассказывал так и не научившийся переписывать мои новости стажёр журналистики Эдуард Петров, костромская ИК-8 выглядит как санаторий именно потому, что сотрудники ИК строго придерживаются норм закона и не позволяют себе расслабляться, проявлять даже признаки коррупции и как-то нарушать нормы Уголовно-исполнительного кодекса (УИК РФ).
Самоубийца судья Золотарёва будет поставлена в лагере на профилактический учёт. А это значит, что каждые два часа ей придётся на камеру отчитываться о своём поведении, самочувствии и планах на дальнейшее существование в исправительном учреждении.
Суицидников в Костроме кладут спать около барачной двери, под фонарём. За такими сумасшедшими нужен глаз да глаз. Тем более что «человек» в стрессе и может сотворить с собой что угодно. Поэтому в лагере только внимание, контроль и профилактический учёт спасают суицидников.
Что касается конкретно Костромы, то по профилактическому учёту этот лагерь, наверное, держит первенство планеты.
Порой заключённой достаточно просто обмолвиться, как утомила её лагерная жизнь и как ей уже не хочется жить. У стен есть уши, и на следующий день уставшая от жизни заключённая уже спит под фонарём и имеет красную полосу на бирке.
А в случае Золотарёвой — с её падением из ада случайно взлетевших в условную высь чертей на землю и уже задокументированной попыткой суицида, любой оперативник ФСИН просто обязан будет выписать ей соответствующий билет профучёта.
Судья Золотарёва будет спать в обнимку с фонарём.
