Академия Современного Психоанализа и Психотерапии | АСПП

На самом деле можно задаться вопросом, что мы имеем в виду, когда говорим о людях, которые находятся в хорошем контакте со своим бессознательным. Это не означает, что их фантазии примитивны и находятся на осознании вместе с теми фантазиями, что были выявлены в результате их аналитической работы. Это означает то, что они имеют какое-то представление о своих импульсах и чувствах. Я думаю, что мы имеем в виду даже большее – мы подразумеваем, что они находятся в настоящей коммуникации со своими бессознательными фантазиями. И это, как и любая другая форма общения, может быть возможным только при помощи символов. Таким образом, люди, находящиеся в контакте с собой обладают постоянной возможностью свободной символизации, благодаря которой могут осознавать и контролировать символические выражения более ранних примитивных фантазий.

«С раннего возраста дети становятся слабыми из-за протекционизма и постоянной опеки родителей: малыш не должен огорчаться — успокоительное, чтобы он заснул — тоже.

Человек перестает терпеть даже малейшее волнение или неудобство. От него скрывают, что такое смерть, болезни, старость. Порог чувствительности у каждого индивида свой, однако замечено, что именно те дети, которых опекают больше других, чувствуют себя неспособными адаптироваться к трагедии ежедневной жизни».

Однажды к юбилею Мельцера коллеги из Барселонской психоаналитической группы придумали игровое поздравление: они нарисовали открытки со стаей птиц, и каждый отправил Мельцеру одну из них со своим посланием. Кто-то даже заметил: «Ему семьдесят пять, а не семь!» Однако, приехав позднее на супервизию в Оксфорд, они увидели протянутую через всю комнату верёвку, на которой висели все открытки.

"На способность к переживанию горя влияют четыре фактора. Первый касается эмоционального состояния оставшегося в живых: у тех, кто испытывал в детстве недостаток свободы или столкнулся с целым рядом потерь, переживание горя может быть особо тяжелым. Второй фактор затрагивает специфическую природу утраченных отношений: их тяжелее пережить, когда они были связаны со слишком высокой зависимостью или обременены незаконченными делами. Третий фактор связан с обстоятельствами утраты: когда кто-то умирает внезапно или при отягчающих обстоятельствах, принять смерть труднее. Последний фактор обусловлен запретом на выражение печали, существующим в современном обществе. Мы живем в культурной среде, которая отрицает смерть. Вместо того, чтобы повернуться лицом к собственной уязвимости и признать тот факт, что мы можем терять и быть потерянными, мы превозносим стоицизм и призываем тех, кто пережил утрату, стиснуть зубы. Культурально мы все предрасположены к осложненному и отсроченному гореванию."

«В книгу вошли 22 коротких очерка о самых провальных случаях в карьере всемирно известных психотерапевтов, заслуженно пользующихся репутацией мастеров своего дела. Эксперты в области психотерапии не только поведают о собственных профессиональных неудачах, которые до сих пор не дают им спокойно спать по ночам, но и поразмышляют о том, какие выводы можно сделать из каждой ситуации и какие уроки могут вынести для себя их коллеги».

«Человек помышляет о бессмертии и забывает помыслить смерти».

«Человек — это всего лишь то, что являет собой его образ. Философы могут убеждать нас, будто безразлично, что думает о нас мир, что действительно лишь то, каковы мы на самом деле. Но философы ничего не смыслят. Поскольку мы живем с людьми, мы не что иное, как то, за кого люди нас принимают. Думать о том, какими нас видят другие, и стараться, чтобы наш образ по возможности был более симпатичным, считается своего рода притворством или фальшивой игрой. Но разве существует какой-либо прямой контакт между моим и их «я» без посредничества глаз? Разве мыслима любовь, если мы не озабочены тем, каков наш образ в мыслях любимого? Когда нам становится безразлично, каким нас видит тот, кого мы любим, это значит, мы его уже не любим».

Не могу пройти мимо еще одной цитаты, так отозвавшейся в моей душе:

«Что, собственно, означает «быть полезным»? Сумма полезности всех людей всех времен в полном обьеме содержится в мире таком, каким он стал ныне. А из этого вытекает: нет ничего более морального, чем быть бесполезным».