Посмотрел вчера Babygirl и это лучшее, что я видел на эту тему. Насколько же женщины умнее и тоньше умеют про это говорить.
Не будет большим спойлером то, что очевидно из трейлера: взрослая женщина, возглавляющая технологическую компанию, встречает юного практиканта – сначала на улице, потом в офисе, а потом, преодолев стыд и сопротивление, в отеле, в загородном доме, в туалете и подсобном помещении, и еще много где. Пусть вас не вводит в заблуждение трейлер, это не 50 оттенков Николь Кидман, это вообще кино не про кинки, не про злоупотребление властью (точнее, про него но в ровно обратном смысле и об том чуть позже), не про жертву и насилие. Все кино- и литературные клише на эту тему Халина Рейн, авторка фильма, проговаривает устами героев сразу и прямо: нет, это не ты в позиции силы, это я, сопляк, могу сделать один звонок и разрушить твою жизнь, и нет, я не буду этого делать, и нет, не потому что любовь до гроба.
Babygirl c постдоковской пристальностью смотрит на ситуацию и на героев: если отбросить пошлости про плохих и хороших – что будет? Если внимательно наблюдать не за персонажами, а за живым простым но глубоко проницательным парнем, за живой женщиной с ее обязательствами, одновременной потребностью быть хорошим человеком и что-то чувствовать, за женщиной в реальной современной жизни развитого потребления и суперновой этики – вот что мы тогда увидим?
Тут не будет никаких простых и фальшивых ответов, никакого дешевого сеанса психоаналитического разоблачения. Все штампы, опять же, произносят герои старшего поколения в попытке защититься от того, с чем не умеют совладать. Новая этика также обнаруживает здесь свой обратный смысл, и чем больше громких слов про поддержку женщин произносится на камеру, тем комичнее они звучат, и тем очевиднее усилившееся тройное давление на женщину – теперь не только со стороны старших мужчин, но и со стороны младших девочек, вооруженных кенселлингом, и от ожиданий аудитории по ту сторону камеры, установленной отделом маркетинга прямо в кабинете.
Точность, уважение к каждому герою, сострадание и юмор, с которыми Рейн рассказывает эту историю, оставляют мощное чувство зрительской признательности и в конце концов радости – вопреки и сюжету, и развязке.
Еще испытываю необходимость высказаться по поводу мимики и вообще следов медицинских вмешательств на лице Кидман, поскольку многим влиятельным рецензентам очень уж не дает покоя эта тема, которую Рейн вроде бы закрывает в самом начале фильма, показывая эти самые уколы и синяки от них, а для самых недогадливых даже проговорая словами в последующей сцене в лифте. И тем не менее. Во-первых, Николь Кидман играет очень богатую взрослую женщину в 2024 году, было бы скорее фальшью, если бы этих уколов не было или они бы стыдливо замалчивались. Во-вторых, даже неподвижным лицом, даже в параличе, даже без лица и одной спиной и головой, отвернувшись от камеры, Николь Кидман играет так, что ей вручают Кубок Вольпи за лучшую женскую роль в Каннах и, кажется, только слепота может помешать увидеть, за что ей его дают. Эта история именно телесным языком рассказана так, как мало кто умеет, любые претензии про "неподвижность" чего-либо у артистов в этом фильме просто не соответствуют реальности, предъявленной нам на крупных планах. И, в конце концов, как точно выразилась Корали Фарже, авторка также победившей в Каннах "Субстанции", женщина может делать с собой что угодно, а может вообще ничего не делать, просто прекратите уже это обсуждать!
3November 28, 2025 383 1
