Ваш Петр Баранов

Моё детство пахло деревянной стружкой, лаками и красками. В моей памяти застыли маленькие глиняные фигурки – наброски, которые в последствии превратились в гигантов. Я росла в мастерской, где папа и его друзья — скульпторы и художники — каждый день колдовали над кусками камня, металла и дерева. Где не просто создавались формы, где они обретали душу. В мастерской обсуждались имена и фамилии, которые для меня маленькой ничего не значили, но я выросла и теперь эти имена – моя личная история. С тех пор скульптура в моем сознании не застывший предмет, это всегда живой диалог!

Когда я попала на выставку «Азбука скульптуры» в МДХ, меня накрыло волной узнавания и детского восторга.

550 работ, почти 140 авторов — от классиков послевоенной школы до молодых голосов современности — целая вселенная, которая дышит, переливается и шепчет.

Я бродила между залами, и в каждой работе воссоздавала тот самый момент «оживления», который видела в детстве. Гладила взглядом линии бронзовых фигур — и чувствовала, как мастер когда-то нагревал металл, вкладывая в него тепло рук. Останавливалась у деревянных скульптур — и слышала, как папина стамеска когда-то снимала тонкие слои, чтобы выпустить на свет скрытый внутри образ. Смотрела на мраморные изгибы — и вспоминала холодную гладкость глыб в отцовской мастерской, которые вдруг превращались в плечи, крылья или улыбку.

Структура экспозиции: каждый зал — как буква в азбуке, а за каждой буквой — целая судьба, династия, школа. Рукавишниковы, Балашовы, Барановы — здесь видно, как мастерство передаётся по крови, как отцы и дети учатся слышать материал.

Я рассматривала графику Елены Николаевны Масловой и мне захотелось заглянуть в тот момент, когда она создает свои картины, как и под каким углом держит ручку штрихуя вазу, создавая объем на бумаге.

«Девушка с лягушкой», Ильи Владимировича Гуреева — у входа в экспозицию сидит на кубе «живая», смеющаяся девчонка. Невозможно отвезти глаз. Возвращалась к ней несколько раз, разглядывала, улыбалась, делала ещё один круг вокруг неё.

Как восхитительны разнохарактерные фигуры дам Елены Михайловны Суровцевой, где керамика, шамот и эмаль сплелись в «кожу» героинь и хочется дотронуться до них, предчувствуя теплоту тела, жизнь.

«Харакири» моему внутреннему ценителю своей работой сделала Ольга Никитична Хан. Её скульптура, которая покорила меня достоверностью, так и называется «Харакири». Шамот, глазурь и акрил оказались весьма убедительны!

Трогательная «Прогулка с пеликаном», Людмилы Анатольевны Семикопенко, вызывает умиление, восхищение и желание прогуляться с этой парочкой вдоль водоема. Такая щемящая нежность к скульптуре из бронзы..

«Маша», Ирины Николаевны Феодориди, на столько живущая в моменте фигура, что мне казалось, она на меня смотрит через весь зал.

Очень радостно и приятно было видеть авторов представленных работ похлопывающих друг друга по плечу в приветствии. Гении общались, а меня грели их теплота и радость от встречи. Как будто я была среди своих ценных родственников.

Выставка работает до 13 сентября, и вход на неё свободный. Почувствуйте, как дышит бронза, послушайте, о чем говорит дерево!

Я хотела бы сказать о каждой работе и о каждом авторе много слов восхищения и благодарности. Во времена черствости и закрытости — скульптуры из камня, металла и полимеров выглядят более живыми и чувственными, чем человек!

Спасибо за осознание, которое пришло глядя на сплетенные проволоки с шипами в фигуры животных – «Капитолийская Волчица», Павла Степановича Гуляева; на написанные расколотые сердцевины грецких орехов – «Раскол», «Орех внутри», «Лежащий орех», Анны Вячеславовны Рзаевой; на «Сны Платона», Юлии Викторовны Федотовой; на бабулечек с «Ношей», Всеволода Александровича Чумакова - Миллера — вне зависимости от того, создатель ты или зритель, если ты чувствуешь - ты жив!