Один иероглиф до катастрофы (продолжение)
(начало здесь)
Обе войны закончились тяжёлыми поражениями Поднебесной: Китай выплатил огромные контрибуции, открыть иностранцам свои порты и внутренние районы, предоставил им многочисленные привилегии, а Гонконг отдал Великобритании. В 1860 году англо-французские войска заняли Пекин и разграбили и сожгли императорский Летний дворец.
Началась эпоха, которую позднее в Китае назовут «столетием национального унижения». На фоне огромного распространения опиума и очевидного военно-технического превосходства Запада стало ясно, что прежний государственный порядок больше не обеспечивает безопасность страны.
В 1861 году китайский учёный и чиновник Фэн Гуйфэнь написал “Возражения и предложения из обители Цзяобинь” — один из важнейших текстов, подготовивших движение самоусиления Китая. Его философские и управленческие принципы актуальны для всех желающих преупевания своим странам во все времена.
Такие формулировки как “Настоящее богатство государства создается не названием денег, а производством” или “Сильное собственное производство уменьшает вероятность того, что всякий спор будет решаться угрозой чужой силы” бесконечно опережают уровень понимания этих вопросов большинством и в наши дни.
Фэн понял две вещи, которые удивительно актуальны сегодня. Первая: недостаточно покупать иностранную технику. Китай должен сам строить, ремонтировать и совершенствовать её. Пока этого нет, «рычаг остаётся в чужих руках». Вторая была ещё важнее: для этого необходимо изменить саму китайскую элиту.
Фэн прямо спрашивает: почему так мало китайцев способны создавать машины? И отвечает: «Тот, кто обладает умом, считает ремесло низким». Он предлагает платить квалифицированному инженеру столько, чтобы талантливый юноша видел в технической работе достойную карьеру, а государственный статус давать не только за красивое сочинение, но и за реально созданную машину. Тогда, пишет он, ум, который десятилетиями тратится на экзаменационные ухищрения, пойдёт в «машины, материалы и точное дело». Иными словами, Фэн проповедовал не только промышленность, но и культуру промышленности.
В 1861 году Фэн послал свои “Возражения и предложения” Цзэн Гофаню, одному из самых влиятельных сановников и военачальников империи Цин. Цзэн высоко её оценил и привлек Фэна к работе. В 1862 году Фэн стал советником Ли Хунчжана и около двух лет непосредственно влиял на его раннюю программу самоусиления.
В 1863 году в Китай вернулся Жун Хун. Он тоже встретился с Цзэн Гофанем. Жун Хун, уже понявший истинные причины превосходства западной цивилизации, настаивал, что Китаю нужна универсальная материнская машиностроительная фабрика, способная делать станки и оборудование для все новых и новых заводов. Цзэн Гофань согласился и отправил Жун Хуна в США закупать соответствующий комплект оборудования.
Заказанные машины прибыли в Шанхай в 1865 году и были объединены с приобретённым Ли Хунчжаном американским машиностроительным заводом и несколькими оружейными мастерскими. Так возник Цзяннаньский арсенал. Он действительно не ограничился выпуском пушек и кораблей — его механические мастерские производили токарные, строгальные, сверлильные и другие станки.
Жун Хун настаивал на создании «общего основания», на котором можно было бы производить самые разные машины. Он хотел, чтобы «материнская фабрика» стала общей основой промышленности: сначала она делает станки, затем на этих станках возникают новые фабрики, которые производят все более многочисленные и совершенные средства производства.
(продолжение)
