𝚗𝚒𝚊𝚕𝚊𝚢 | 𝚊𝚛𝚌𝚑𝚒𝚟𝚎: post #53310 — TG.ME

— Сколько таблеток аддералла ты принял?

— Две, — дёргает головой Стайлз, — может быть, три. Боже, я сказал ему, что люблю его!

— Кого? — немедленно оживляется Лиам, с ослиным упрямством игнорируя предупреждающий взгляд Скотта, но когда он вообще слушал Скотта? Когда кто-либо вообще слушал Скотта?

Айзек не в счёт, у него были свои причины. Но Айзека давно нет в Бейкон-Хиллз, и стоп, что только что сказал Стайлз?

— Джордана!

— Джордана?

— Кто такой Джордан? — чешет затылок Лиам, но его вопрос остаётся без ответа, потому что уже Скотт вскакивает на ноги, и часть заметок про Благодетеля падает на пол.

— То есть, это было не прям признание в любви, это было — что я там ему сказал? Что-то типа чувак, я люблю тебя больше жизни, больше всего на свете, спасибо, что спас мне жизнь, я назову в твою честь своего сына. Прекрати смотреть на меня так! Не каждый день меня пытаются пристрелить в подвале психушки, я был в состоянии аффекта! Или как там правильно называется?

— Я вспомнил. Джордан — это же Пэрриш, да? Тот самый помощник твоего отца, которого подожгли в машине, но он остался целым и невредимым, — вклинивается в разговор — точнее, в очень нервный монолог Стайлза — Лиам. И Скотт, и Стайлз поворачиваются к нему с самыми нечитаемыми выражениями лица, и он слегка тушуется. — Кто он, к слову? Дракон, саламандра, Дейенерис Таргариен? Кстати, а драконы существуют?

Стайлз поворачивается к Скотту, указывая пальцем на Лиама.

— Тебе действительно нужно научить своих бет хорошим манерам.