Читаю анкеты потенциальных стажеров, которым интересно попробовать вести занятия в детских или молодежных программах музея и размышляю над тем, что изменилось за те 3 года, что мы занялись организацией стали собирать молодых специалистов профильных специальностей и делиться с ними тем опытом, который накопился в музее за 100 лет.
- точно стало меньше заявок от тех, кто пишет, что мечтает курировать выставки, но для начала сойдет и работа с детьми (ничего не имею против кураторских профессиональных планов молодых специалистов, но, конечно, считаю, что очень важно, чтобы с детьми работали те, кто этого хочет и это любит, а не те, для кого этого, в первую очередь – инструмент познания музея изнутри). робко надеюсь, вдруг имидж у профессии «музейного педагога» (кажется, в русском языке есть много разных способов назвать эту облать, но воспользуюь прямым переводом), постепенно выстроится как совершенно отдельный и важный.. (хотя, возможн, просто ИИ стал очень хорошо писать мотивационные письма и компенсирует недостаточный уровень социального интеллекта соискателя).
- мне чаще встречаются очень интересные идеи (в тестовом задании мы просим предложить свою идею занятия на материале нашей коллекции) занятий, которые мне самой никогда не приходили в голову. ИИ или нет, но всегда приятно еще раз понять, сколько есть способов посмотреть на музей.
- конечно, у нас очень прибавилось молодых специалистов; и то, что некоторые из них по разным причинам не ведут занятия в Пушкинском постоянно, но унесли нашу традицию в какие-то другие проекты, что тоже супер-важно.
а если вы вдруг пропустили эту информацию, то у вас есть еще почти ровно 4 часа откликнуться на возможность стать стажером (волонтером, который будет не только помогать музею, но и учиться у лучших специалистов музея, вести детские музейные занятия)
п.с.: отдельно, конечно, приятно знать, что такая стажировка – это теперь еще одна ступень в отошениях с недавними выпускниками ❤️
