Все мы ищем в нашей работе какой-то смысл. Без него работать не так просто.
Конечно, заработать себе на хлеб насущный - тоже вполне себе цель, но в случае с журналистами есть проблема... Наша профессия, как я нередко тут пишу, стала слишком уж неочевидным средством для заработка. Так что желательно найти какие-то ещё резоны.
Кажется, что в случае с юридической журналистикой тут все особенно грустно. Я занимался ей для разных изданий больше шести лет и с каждым годом проблем становилось больше.
Если в конце 2010-х адвокаты забрасывали тебя своими кейсами, то теперь отказ от публичности стал очень распространенной тактикой.
Это даже не мое личное впечатление, а научный факт. Социолог права Антон Казун из Вышки ещё в 2021-м фиксировал растущий скепсис юридического сообщества относительно выгод публичности.
Однако, кажется, есть еще моменты, в которых юристы на журналистов рассчитывают. Как минимум охотно делятся своими проблемами.
Я хорошо знаю, что петербургские адвокаты уже давно не могут встречаться со своими доверителями в СИЗО (когда эта проблема складывалась, я даже немного об этом писал, но с тех пор у меня не осталось изданий, в которых я мог бы продолжать эту тему).
И вот, "Фонтанка" вышла с большим материалом на эту тему. В нём подробно рассказывается, как довольно простая по своей сути задача - встретиться с подзащитным-арестантом накануне важного допроса - стала настоящим квестом:
Я не могла попасть к подзащитному с 14 июля. Приезжала четыре раза, записывалась через „Госуслуги“ в лист ожидания, получала отмены. В итоге попасть удалось только после обращения и личного приема у заместителя начальника СИЗО
Или вот ещё пример:
Я формально могу записаться в лист ожидания, но из листа ожидания никогда не приходило подтверждение записи. Приходил всегда только отказ за неделю до предполагаемого визита
Теперь встает вопрос: поможет ли публичность здесь?
