У меня есть гипотеза по поводу того, зачем в школьной программе присутствует Война и Мир.
Иными словами, какого черта в несмышленышей нас в седьмом классе запихивали Толстого и Достоевского.
Это гипотеза из разряда моих любимых теорий заговора (обожаю!), но все же логического объяснения у меня нет.
Только в 41 год я осознанно пришла, например, к Анне Карениной Льва Толстого, хотя конечно, читала ее и в школе, и в университете. Но что там может начитать в Анне Карениной человек возрастом до двадцати? Что он понимает о жизни, как можно вообще понять, о чем вещают все эти старики, если ты не такой же старик? Я вот например, поняла, почему Толстой – гений, не списала чужое мнение в сочинение, а дошла до этого сама, потому что иначе как гением назвать способность настолько четко считывать психотипы людей и их мотивацию в эпоху, когда не было психологии, книг и рилсов про нарциссов, это назвать нельзя. Вот к данному моменту времени совершенно точно могу сказать, что Анна Каренина – это самый офигенный роман, который я читала. Потихоньку осознанно подхожу к Войне и Миру, которую удачно скипнула в школе – то ли удачно заболела в этот период времени, то ли специально заболела, то ли отсиделась молча, спрятавшись за одноклассницу Женьку Середу.
Моя гипотеза заключается в том, что если ты хочешь что-то спрятать, положи это на самое видное место. Если ты хочешь спрятать великие мысли великих писателей, которые могут повлиять на мышление и сбить с толку в сторону критического мышления, положи их на самое видное место – то есть, в школьную программу. До усрачки впихивай в детей сложные социально-политические труды, и желательно исключи их самостоятельную интерпретацию этих трудов: автор хотел сказать ВОТ ЭТО, и ничего более, понятно?
Короче, наша литературная школьная программа – это, скорее всего, ряд лучших романов и книг в нашей жизни, от которых нас тошнит. Даже сами названия книг и фамилии авторов вызывают уныние и тошноту. Мы все помним этот пиздец, когда в малолитражные головы детей всовываются космические смыслы, и что из этого выходит. Из этого выходит то, что ни один человек после школы не захочет самостоятельно прикоснуться к книгам из школьной программы.
А если бы эти книги были категорически запрещены к прочтению – их бы прочел, нашел возможности и каналы, каждый.
Как вам эта теория?
