Маргарита Ронжина, «Масса». Изд. Альпина.Проза
Степе тридцать шесть, он виртуозно лепит из глины, но замкнут в пространстве своей мастерской. Она для него — и альфа, и омега. К тому же, на Степу давит мать, все просящая стать нормальным мужиком: родить ей внуков, ходить на тусовки, да хоть пить по дворам. Степу настигает творческий кризис. Он устраивается преподавателем мастер-классов по лепке, обзаводится новыми необычными знакомствами и... уезжает в холодные края под Мурманском, когда из-за прогрессирующей экземы понимает — пора переродиться. А сделать это можно, как известно, только ритуально умерев.
Для главного героя этого романа искусство по-Уайльдовски первичней реальности, он — печальный скульптор Пигмалион, который влюблен не в собственную статую, а в сам процесс лепки; жизнь реальная по сравнению с ней меркнет. Степе не нужны женщины, их тела — только форма будущих скульптур, фигурок. Даже проститутка для него: всего лишь модель, не боящаяся откровенных прикосновений. Однако Маргарита Ронжина работает не с жанром ретеллинга, тут все несколько сложнее. Автор скорее использует матрицы нескольких мифов о творении и возрождении. И пусть каждый найдет собственный смысл, разглядит свою метафору. Может, «Масса» — это описание всякого отношения творческого человека с миром, а может — бога со всем, что он слепил? Или вовсе простая история о обретении себя вновь?
Жизнь Степы начинает трещать еще с детства, глиной эту трещину не замазать. Выстраивание новых, более здоровых, отношения с матерью — центральная ось романа. Но переродиться герою нужно не только ради этого. Его дело жизни может закончится одномоментно. Его спасение и требует той самой ритуальной смерти в Мурманской тундре. Опять же, тотального перерождения — морального, физического. Это почти сюжет книошного «Доктора Стренджа», только сделанный по-набоковски: с той же любовью собирать мозаику из деталей, с той же манией к звукописи, с тем желанием лепить неочевидные метафоры и сравнения.
#пописун
Нечистый Питер
