«Нужно думать о ребёнке, о том, как ему помочь, а не о том, как мне страшно».
Эту фразу сказала мне одна из мам на приёме. Мы разговаривали о хирургическом лечении, и почему-то именно она меня очень зацепила.
Потому что родители действительно часто принимают решение из своей точки зрения.
И это абсолютно понятно.
Страшно отдавать ребёнка на операцию. Страшно думать о наркозе. Страшно читать про возможные осложнения. Страшно даже само слово «операция».
А если ещё начать искать информацию в социальных сетях, где чаще всего громче звучат самые страшные истории, страх становится ещё сильнее.
И в какой-то момент может появиться мысль:
«Может, пусть ребёнок пока храпит. Пусть дышит ртом. Пусть плохо спит. Зато без наркоза, без операции, без боли и без моего страха»?
Но здесь важно остановиться.
Потому что тогда решение может приниматься уже не из того, что лучше для ребёнка, а из того, что меньше пугает родителя.
А ребёнок тем временем продолжает расти и развиваться.
Он может годами плохо спать, храпеть, дышать ртом, просыпаться ночью и постепенно привыкать к тому, что для него это «нормально».
Уберите на минуту собственный страх и посмотрите на ситуацию глазами ребёнка:
Как он спит? Высыпается ли? Храпит ли? Просыпается ли ночью? Есть ли эпизоды остановок дыхания? Достаточно ли ему носового дыхания? Как он чувствует себя утром? Сколько времени мы уже пытаемся решить эту проблему?
И ещё один вопрос, который, на мой взгляд, родители задают себе слишком редко:
«Что будет, если мы ничего не будем делать?»
Потому что мы привыкли спрашивать:
«А что будет после операции?»
Но у бездействия тоже могут быть последствия.
Иногда проблема уже влияет на сон, дыхание, слух, развитие прикуса или другие функции, хотя привычного для родителей «храпа» может вообще не быть.
Поэтому решение должно приниматься не из страха и не по принципу: «есть симптом лечим, нет симптома ничего не делаем».
Нужно спокойно разобраться:
что происходит с ребёнком сейчас, к чему это уже привело и что будет, если оставить всё как есть.
Я не хочу, чтобы родители переставали бояться операций.
Я хочу, чтобы страх не принимал решение за них.
Чтобы рядом со страхом были факты, состояние ребёнка и понимание последствий каждого варианта.
Потому что хирургическое лечение нужно не родителю и не врачу.
Оно нужно ребёнку, когда именно оно действительно помогает ему жить и развиваться лучше.
