10Лариса набирает другой номер.
ЛАРИСА. Алло. Добрый день. Я представляю интересы Ларисы Сергеевой, члена Национального союза художников, Заслуженного художника Республики Крым. Мы готовим к юбилею выставку ее работ и хотели бы договориться об аренде зала… Что? Директор занял зал под кабинет? Я не знала. Простите.
Набирает новый номер.
ЛАРИСА. Алло. Добрый день. Я представляю интересы Ларисы Сергеевой… Звонила уже? Ну, тем лучше, потому что я забыла сказать, что поскольку у вас культурное заведение, то вы обязаны… Что?! Сами вы, простите, халявщики!
Лариса снова листает записную книжку. Задумчиво смотрит вдаль.
Город. Останавливается автобус. Слава сходит, роняет чемодан, чертыхается.
Солнце всюду. Полыхают окна, сияют очки. Ослепительно вспыхивают — будто брызги — женские волосы на ветру.
Слава поднимается по крутым узким переулкам. Из подворотни появляется лохматый пес. Слава останавливается и смотрит на него с испугом.
СЛАВА. Пошел… пошел отсюда!
Вдруг из-за поворота выкатывается арбуз, спугивает пса и угрожающе несется вниз по переулку. Вслед за ним, взмахивая прорвавшимся пакетом, выскакивает девчонка. Грузный шар подскакивает на асфальтовой кочке и лопается. Девчонка понуро замирает над сочными черепками.
СЛАВА. Дорого стоил?
ДЕВОЧКА. Сто пиисят гри… рублей.
Слава вздыхает, роется в карманах и протягивает ей деньги.
СЛАВА. На. Беги на рынок. И проси, чтоб в два пакета положили!
ДЕВОЧКА. Спасибо, дедушка!
Слава останавливается возле небольшого кирпичного домика. Надпись «Секонд хенд. Товары из Европы».
Входит. Внутри полумрак. Женщина смотрит телевизор и, не отрываясь от экрана, монотонно озвучивает.
ЖЕНЩИНА. Поздравляю. Объявляется счастливый час. В течение его — скидка двадцать процентов на все.
Слава брезгливо перебирает товар и вдруг находит яркую рокерскую рубаху с длинными уголками воротника. Рассматривает ее. Украдкой достает деньги, пересчитывает. Явно не хватает. Он косится на тетку и лихорадочно запихивает комок рубахи в сумку.
Старая квартира. Всюду пыль. Высокие обветшалые потолки. Бархатисто-пыльные, будто покрывшиеся патиной, обои. Стены до верха заставлены книгами, они словно кирпичики мироздания. Громоздкое кресло, шкафы изощренных форм, проигрыватель Rigonda, пластинки — Моцарт, Бах, концерты Вильгельма Фуртвенглера, Эмиля Гилельса; фотографии Чехова, Бунина, Хемингуэя.
Резкими порывами, точно дождь по жести, строчит пишущая машинка.
На столе пухлый фотоальбом в бархате и пожелтевшие газеты: «Крымская правда», рассказ «Бабушка», автор Вячеслав Суходолов; «Вечерний Симферополь», рассказ «Ожидание», автор Вячеслав Суходолов.
Звонок телефона. Слава отрывается от машинки, покашливает, снимает трубку.
СЛАВА. Алло. Слушаю.
ЛАРИСА. Ну что, Слава, не узнаешь меня?
СЛАВА. Узнаю, как не узнать.
ЛАРИСА. Давно приехал?
СЛАВА. Недавно.
ЛАРИСА. Ходят слухи, что ты меня ненавидишь.
СЛАВА. Зачем мне тебя ненавидеть, Лариса? <…>
ЛАРИСА. Давай встретимся и поговорим. Ты что, не можешь выйти?
СЛАВА. Ну, могу. Где?
ЛАРИСА. На нашем месте, у горисполкома.
СЛАВА. Под платанами у фонтана?
ЛАРИСА. Согласна, так лучше звучит.
<…> Солнце накручивает из трещинок на полировке стола сияющий жаркий шар. Крики чаек пронзительными осколками за окном.
Слава стоит у зеркала, поправляет волосы, укладывает длинный седой клок, пытаясь замаскировать лысину. Вздыхает и выходит. В тишине скрипит замок. На столе остается включенным утюг.
«Под платанами» целиком по ссылке в комментарии. Читаю – точно тёплым летним морем дышу. Счастливой (по возможности) среды, друзья!
